Книга Любовь на снежных склонах, страница 3 – Вера Ро, Елена Артье

— А ты думаешь, олимпийское золото раздают кому попало?

— Что? Олимпийская чемпионка? Она?

— Людмила Сафонова. Наша гордость и радость. Не слышал о такой?

— Не-а. Я не фанат зимних видов спорта. Кроме женского фигурного катания, конечно, — легкомысленно ухмыляюсь я, подмигивая Сергею.

А у самого неприятно тянет в груди из-за упущенной возможности.

Олимпийская чемпионка. Надо же… Странно, что Диман с женой ни разу не упомянули о том, что здесь можно встретить такую звезду. Они-то как раз фанаты.

Может, стоит попробовать договориться с ней ещё раз?

Людмила

Ненавижу хозяев жизни, которые считают, что им можно больше, чем другим. Опаздывать, кадрить первую встречную… Да много чего. Особенно если они такие красавчики, как этот незнакомец.

Или мой муж. К счастью, бывший. К сожалению, способствовавший тому, чтобы я оказалась на этом месте. Обслуживать таких же богатых и всесильных засранцев.

Нет, я люблю свою работу. Она стала моим спасением после травмы, ухода из большого спорта и… тяжёлого, мучительного развода, когда мне закрыли все двери даже в тренерский мир. С золотого пьедестала оказалось очень больно падать.

Здесь в горах спокойно. Легко дышится вдали от предателя.

Реагирую на сигнал телефона и читаю: «Не смей больше бросать трубку! Мы ещё не договорили».

Горло перекрывает колючим комком. Вот он, пуп земли во всей красе. До сих пор пытается приказывать, хотя, казалось бы, давно потерял на это право. Обидно, что рычаг давления на меня у Павла-мерзавца-Кирюхина, всё же есть, как бы далеко я от него не уехала.

Всё настроение испортил своим звонком! Два часа прошло, а до сих пор трясёт. А у меня сегодня ещё две тренировки. Жаль, что перерывом я так бездарно воспользовалась. Всё же Серёга — отличный парень, но в этот раз его просьба — не моё дело. Как хорошо, что я одна из немногих инструкторов, кто может позволить себе привередничать и не хватать заявки все подряд.

Хотя лишняя копейка не помешала бы… А может, согласиться? Рефлексировать некогда, сезон. Но и возвращаться, после того как отбрила красавчика — глупо. Таким, как он, ни за что нельзя показывать отступление. Они примут его за слабость.

— Людмила Сафонова?! А можно с вами сфотографироваться? — дорогу преграждает семейная пара в возрасте.

— Конечно.

На самом деле, не так часто меня узнают. Никому не приходит в голову, чем теперь занимается чемпионка. Молодое поколение и вовсе не помнит, что было в лыжном спорте больше десяти лет назад.

— Спасибо.

Иду дальше. Но тут меня снова окликают.

— Людмила!

Со мной равняется мужчина, и я, не глядя на него, спрашиваю:

— Вам тоже нужно сфотографироваться? Или автограф?

— Хм… А хорошая идея. Я не против.

Резко поднимаю голову и вижу того самого незнакомца из бара. Вот вроде улыбается, а карий взгляд цепкий, оценивающий. Даже разбитая, чуть припухшая губа добавляет шарма. Хорош, подлец! Знающих себе цену мужиков видно сразу. Его не смущает даже дурацкий голубой тюбинг, болтающийся за спиной.

— Нет уж. Зачем вы меня преследуете?

— Ну, я бы не назвал это так. Если бы я вас по каким-то причинам начал преследовать, вы бы точно об этом узнали.

— Даже не сомневаюсь.

Хмурюсь и непроизвольно закрываюсь скрещёнными на груди руками. Этот защитный жест как будто маяк из прошлого. Как назло, в памяти всплывает бывший. Да, пожалуй, о преследованиях я знаю если не всё, то очень многое.