Книга Запретная близость, страница 179 – Айя Субботина

Господи.

Я заставляю себя сделать шаг — просто вперед, без ясной цели. Проверяю моторику конечностей, убеждаюсь, что ноги меня все еще слушаются, даже если каждый шаг дается через мышечную боль.

— Надя, я… — Не знаю, что ей сказать, чтобы после этого не чувствоваться себя еще большей сукой. — Ты еще сможешь… ну, знаешь…

— Родить? — улыбается она. — Да, мы решили, что подумаем об этом через год, а пока просто будем жить друг для друга, как раньше. Начнем с чистого листа. Знаешь, я не хотела тебе говорить, что я страшно тебе завидую. Когда смотрела на вас с Сергеем на юбилее, в голове все время крутилось: «У них все так идеально и правильно!» Боже, надеюсь, ты не обижаешь за то, что я сказала, что он у тебя не секс?

Я машу рукой, представляя себя решетом, через которое ее слова проходят, не задевая абсолютно ничего.

— Я просто хотела так же для себя. — Надежда делает шаг ко мне, но я успеваю отступить на лестницу и снова бросаю взгляд на часы.

— Надь, прости, пожалуйста, но я правда просто в адской запарке, — говорят мои деревянные губы. — Мне уже надо быть на другом конце города. Подпишешь акт? Пересечемся на неделе, я заберу свой экземпляр? Хорошо?

К моему огромному удивлению, она кивает и говорит, что дом ей очень нравится, что она все именно так и представляла и все подпишет. Но отпраздновать мы все равно должны — я киваю, соглашаясь вообще на все, лишь бы поскорее сбежать.

Я выезжаю за ворота поселка, чувствуя, как машина дергается от моей нервной езды. Проезжаю так пару километров и резко бью по тормозам, сворачивая на обочину. Пытаюсь успокоиться, но тело скручивает спазмами. Еле успеваю открыть дверь и, свесившись через край, рву желчью и тошнотворным чувством собственной мерзости.

А потом снова влипаю в сиденье, скручиваясь так сильно, что подбородок колет солнечное сплетение.

У меня даже слез нет, чтобы плакать — только какой-то утробный вой.

По кому? По ребенку, которого нет, возможно, из-за меня?

По своему любовнику, который заново влюбился в свою жену?

По своему разбитому сердцу?

Не ври себе, Сола, ты плачешь по тому, что ждать больше некого.

Каждый следующий день всю следующую неделю я просыпаюсь с ощущением бетонной плиты на груди. Приходится все время трогать себя, чтобы убедиться, что ничего такого на мне нет.

Когда получается — я сбегаю ночью из кровати и сплю на диване, а утром рассказываю Сергею, что просто тяжело уснуть в последнее время и не хочу его будить, потому что он много работает. Он понимает, что что-то происходит, что СПА ничего «не залечило», потому что я уже которую неделю продолжаю всеми правдами и неправдами игнорировать его попытки заняться сексом.

Не могу.

У меня даже просто мысль о том, что собственный муж увидит меня голой, вызывает приступ острого токсикоза, как будто во мне торчит маленькая граната, готова взорваться просто от одной мысли об «исполнении» супружеского долга. Но… Сергей не предпринимает никаких попыток поговорить, хотя если бы он просто заикнулся — я бы испытала огромное облегчение. Это означало бы, что он готов разговаривать в принципе, а не продолжает хвататься за пустую идею о том, что десятилетний брак никогда, ни при каких обстоятельствах не может закончиться разводом.