Книга Чужой муж, страница 22 – Ольга Рузанова

Но ощупать там все успеваю. Упригие стройные бедра и попка, упакованные в капроновые колготки.

Трахну скоро... Так, мышонок, что забыть меня не сможешь никогда в жизни и сына своего в память обо мне Олегом назовешь.

Язычок ее облизываю, губки посасываю, постепенно темп снижая, потому что такси через пару кварталов доедет до ее дома.

— Саша... ведьма маленькая, ты что делаешь со мной?..

— Боже... - в шоке она, пока до конца не понимает, что происходит и к чему мы с ней идем, - Господи Боже мой...

Шепчет сбито мокрыми нацелованными губами, а я уже вижу, как скользят они по моему члену. Неумело, сбиваясь с ритма...

И, бл*дь, чувствую мощнейший прилив желания. До белых пятен перед глазами и боли в паху.

— Ммм, - закусываю губы, зажмуриваюсь и чувствую пальчики ее на своем лице.

Трогает щетину, потом губами ее касается, и мне кажется все, не смогу я ее сегодня отпустить. Но тачка в этот момент плавно останавливается у обшарпанного подъезда, и с переднего сидения доносится голос водителя.

— Приехали...

— Беги, Сань, - велю тут же.

Она растерянно хлопает глазами, в которых плещутся недоумение и разочарование.

— Беги, - шепчу в ухо, - или увезу к себе и трахну.

— Боже... пока!..

Бьющий по горящей роже порыв холодного ветра, хлопок двери, и моя рука, схватившаяся за каменный, гудящий как трансформаторная будка, член.

— Поехали... - велю, глядящему на меня в зеркало заднего вида водиле.

Тот, кивнув каменным еб*лом, разворачивается в тесном дворе и берет курс на элитный жилой комплекс, в котором я живу.

Я же, откинув голову назад, закрываю глаза и сдавливаю переносицу пальцами.

Завтра к родителям съездить надо, давно не был. Отец просил новую воздуховку привести, бабушке - лекарства от сахара и давления. Но перед этим хорошо бы в зал смотаться, а вечером с женой пересечься.

Думаю о чем угодно, только не о Сашкиных губах. Не о ее юрком язычке и аромате чистой кожи.

Вот это повело Олежу!.. Даже не верится.

Пока еду, всерьез подумываю о том, чтобы свернуть по дороге домой куда-нибудь налево. Но... лениво - напрягаться, звонить кому-то, договариваться, ехать... Потом возвращаться...

Нет. До завтрашнего вечера перетерплю.

Однако дома, после холодного душа и двух сигарет я ложусь спать с Александрийским столпом в трусах. За*бись, с четырнадцати лет такого не было. Закрываю лицо сгибом локтя и сам над собою ржу.

Мышонок... мать твою... ты что наделала?.. Взрослый, пресыщенный сексом мужик лежит и мечтает о твоей норке.

Пфф...

Это пздц, но я ныряю рукой под одеяло и, спустив резинку боксеров, обхватываю ствол рукой.

Сказал бы мне кто утром, что Олежа будет вынужден дрочить сам себе, с вертухи дал бы в бубен.

Стыд-то какой!..

Сжимаю его с силой, в очередной раз пытаясь мыслями на что-то другое переключиться, но рука сама начинает совершать поступательные движения. За закрытыми веками происходит полное погружение в виртуальную реальность.

Сашкин запах, вкус ее рта, сладость губ, голос робкий, тихий, взгляд, как скальпель, способный достать до самого нутра.

И фантазии... о норке ее. Влажной, горячей и тесной. Почему-то мне кажется, в ней туго и жарко.

Движения моей руки становятся быстрее, резче и яростнее. Дыхание сбивается на хаотичные хрипы, кожа покрывается испариной. Невыносимое напряжение в паху стягивает тело в тугой лук и, наконец, выстреливает фонтаном спермы.