Книга Чужой муж, страница 107 – Ольга Рузанова

— Когда ты узнала, что беременна! - шиплю, приближая к ней лицо, - ты должна была мне сообщить в тот же день, Саша!

— А может, жене твоей позвонить?.. - огрызается она.

— Да хотя бы так!

Замолкаем оба. Я пытаюсь ей в глаза посмотреть, а она взгляд свой где-то в области кадыка моего фокусирует. Дыхание у обоих сбитое. Лицо Сашки пылает.

Рецепторы запах ее дразнит. С толку сбивает.

Обернувшись, вновь дочку свою нахожу, наблюдаю, как она по надувной горке карабкается.

Арина.

Аришка...

В мозгу взрывы продолжаются, сердце, не справляясь, кровью захлебывается.

— Что ты наделала, мышонок?..

— Прости.

— Два с половиной года... - поддеваю подбородок костяшкой указательного пальца, заставляю ее в глаза мне смотреть, - если бы в клинику не пришел, еще бы два с половиной года в неведении жил?.. М?..

Сглатывает. Замедленно моргает.

Я зависаю на мгновение. Почувствовав, как дернулся член в штанах, отпускаю и отхожу на шаг.

— Прости, - слышу в сотый раз, - это все мои обиды.

— Так сильно ненавидишь меня, что решила ребенка лишить?..

— Нет... я думала... Я подумала, раз ты женат, то вряд ли обрадуешься...

— Думала она...

Упираясь затылком в стену, не свожу с дочери глаз. Активный, здоровый, красивый ребенок.

Мой ребенок.

Мой!

Мысль эта раз за разом хлещет по мозгам. В горле давить начинает, в носу щипать.

Потому что... потому что я, мать вашу, счастлив!..

Счастлив до безумия! И ранен так же сильно.

Сашка... мой мышонок... дочь мне родила!.. Вынашивала, рожала и не посчитала меня достойным быть рядом с ними.

— Ты можешь видеться с ней, если захочешь, - несмело проговаривает она, - например, по выходным...

— И замужем ты не была? - перебиваю, не дав договорить.

— Нет.

Провожу рукой по щетине, растираю шею.

Ну, все, мышонок, держись. Сама напросилась.

Он постоянно на нее смотрит. А я смотрю на Аришку. Мне так страшно, что она испугается его жадного взгляда, что я, не переставая, дергаю ее, пытаясь переключить внимание на себя.

— Давай снимем бабочки, чтобы они под шапкой не помялись.

Дочка будто не слышит. Кусая нижнюю губешку, не сводит глаз с Олега.

С отца.

Господи... мне придется сказать ей, что это ее папа. Хорошо, что она слишком мала для неудобных вопросов. Но потом, когда она вырастет... Вдруг, станет спрашивать, почему он с нами не живет. Или вообще вспомнит, что он был с нами не с самого начала...

Подняв подбородок, чтобы я застегнула молнию куртки, Аришка вдруг широко улыбается. Стреляет в меня глазками и, закрыв ладошкой рот, хихикает.

Оборачиваюсь и натыкаюсь на взгляд Олега. Глядя на нас блестящими глазами, он тоже несмело улыбается.

— Дядя мигает, - шепчет дочка в ухо.

— Подмигивает?

— Да, помигивает...

Поднимаюсь на ноги и поворачиваюсь к стойке гардероба, чтобы взять лежащее на ней пальто. Однако Олег оказывается быстрее. Берет его с намерением помочь мне надеть его.

— Я сама.

Дернув головой, велит встать к нему спиной. Решаю не устраивать сцену. Разворачиваюсь и концентрирую внимание на дочери. Та, держа розовый рюкзачок обеими руками, смотрит на отца во все глаза.

Никак не может понять, что происходит. Мужчин, кроме отчима, в нашем окружении никогда не было. Тем более, таких.

— Где твоя одежда?

— В машине.

Выходим втроем на улицу. Немного мешкая, останавливаемся.