Книга После развода. Я до сих пор тебя не забыл, страница 70 – Елена Попова

В памяти всплывает телефонный разговор белокурой подруги Аллы. Когда я в ресторане давала показания, женщина отошла в сторону и я четко слышала, как она сказала в трубку: «Леш, ну ты же мне никогда не отказываешь».

Или я схожу с ума, подозревая всех вокруг, или же речь может идти об одном и том же Алексее.

Еще меня волнует вопрос по поводу моего защитника. Роман нанял одного из самых известных адвокатов столицы для того чтобы… что? Чтобы благодаря ему меня оправдали, чтобы известить об этом людей и вернуть Кролику безупречную репутацию, или же…

Боже мой, я и правда схожу с ума.

После такой жестокой подставы мне все вокруг кажется очень подозрительным.

Ведь адвокат может не только помочь мне добиться справедливости, но и… потопить. Я не знаю, что там на уме у Романа, который назначил на должность шефа одну из главных подозреваемых Милану, и зачем ему понадобилось нанимать адвоката, которого знает вся Москва.

Одна из версий, которые крутятся в голове: Роман воспользовался возможностью убрать меня как одного из лучших шеф-поваров столицы. Я сразу сказала ему, что надолго не задержусь в его ресторане и что планирую открыть свой. Зачем ему конкуренты? Он же понимает, что ресторан, в котором я возглавлю кухню, будет вполне себе конкурентно способным, верно?

Все будет выглядеть так, что Дрозд ― один из самых известных адвокатов Москвы не сможет доказать мою невиновность, и народ поверит в то, что это действительно я отравила гостью ресторана.

Да нет, это бред.

Навряд ли Роман пойдет на такое.

Зачем ему рисковать репутаций своего заведения? Сыпать стекло в пуанты конкурентам, и таким образом избавляться от них ― слишком низко.

Хотя… если повар-преступник будет в тюрьме, то гостям ресторана уже ничего не будет угрожать, верно? Ресторан заработает, вернет себе честное имя, шеф-конкурент будет изолирован от общества.

Честное слово, не знаю, на что и думать.

Но я же десять раз сказала Роману о том, что, скорее всего, Милана действовала заодно с Аллой, и что, если в салате найдут отраву, то подкинуть ее могла тоже Милана.

«Она сказала, что у нее болит живот, попросила меня заправить салат, а сама вышла, ― доказывала ему я. ― Но сотруднику полиции соврала, что я ее якобы отправила на склад за продуктами. Ясно же, что она в сговоре с теми, кто хочет меня подставить».

«Скорее всего так и есть, ― ответил он. ― Не переживайте, Юля, мы найдем виновных».

Хорошо ищет…

Так ищет, что главная подозреваемая работает у него шефом, а я задержана.

— Юлия Сергеевна, еще раз в подробностях расскажите о том, для чего вы отправили на склад повара, ― устало произносит следователь.

— Вы уже сто раз об этом спрашивали. И я еще раз повторяю, что не отправляла ее на склад.

— Тогда в сто первый раз объясните мне, почему она вернулась на кухню с продуктами? Почему вы не задали ей никаких вопросов? Вы могли бы спросить у нее, зачем она принесла продукты, которые и так есть на кухне, но вы этого не сделали.

— Я была занята. На камере видно, что я даже не обратила внимания на то, что она принесла и убрала в шкаф! Я думала, что она вернулась из туалета.

— Скажите, с какой целью она могла вам солгать, что у нее заболел живот?

— Вот честное слово, ― усмехаюсь я, ― следователь здесь вы, а такое чувство, что в следствии я разбираюсь куда лучше. У нее как минимум было две причины подставить меня: первая ― она в сговоре с гостьей ресторана, которая якобы отравилась. Вторая ― она желала занять место шеф-повара. Все очевидно.