Книга Измена. Любить нельзя ненавидеть, страница 12 – Екатерина Мордвинцева

— Да, тяжело тебе, — посочувствовала Мироновой.

— Тяжело, но в то же время — это такое счастье, — расплылась она в довольной улыбке. Ладно, чего болтаем, идем я тебе комнату покажу, еще успеем наговориться.

Проходя по дому, Ника попутно рассказывала мне о том, где что у них находится. Мое внимание привлекла уютная столовая. Здесь висела шикарная люстра, светящаяся ярким и мягким светом, а на столе стояли фарфоровые тарелки и серебряные приборы. Нежные ароматы разнообразных блюд заполняли помещение.

Спальня, в которую меня привела подруга, оказалась настоящим уголком релаксации и покоя. Великолепная кровать с высоким изысканным изголовьем, мягкое одеяло и подушки, окутанные нежнейшими тканями, приглашали отдохнуть и забыться в мире сладких снов.

— Ты располагайся, а я пока с обедом закончу, — произнесла Ника.

Марк

— Ало, Марк, — раздался в телефоне голос Анны Андреевны.

Когда увидел на дисплее входящий вызов от тещи, сердце рухнуло в пятки, боясь услышать что-то страшное.

— Слушаю, — с трудом выдавил из себя.

— Машенька объявилась.

— Где она? — прикрыл глаза от счастья, протяжно выдыхая.

— Она только что мне позвонила. Где не сказала, только заверила, что с ней все в порядке, — пояснила Анна Андреевна.

— Я весь город переверну, но найду ее! — решительно заявил в ответ, уже рисуя в голове дальнейший план.

— Я так поняла, что она не в городе.

— Мне она ничего не просила передать? — спросил тещу поникшим голосом.

— Нет. Она ни говорить, ни слышать о тебе не хочет.

— Ясно…

— Марк, ты не переживай. Дай ее время остыть. Я уверена, Маша обязательно все поймет.

— Да я и сам все понимаю, — горько усмехнулся я. — Сам во всем виноват.

— Ты может к нам приедешь? — предложила Анна Андреевна.

— Спасибо, но лучше в другой раз. Домой поеду, а то я сегодня даже в офис не заезжал, пока Машу искал. Надо делами заниматься, — отказался я.

— Вот и правильно. Займись, — заботливо произнесла теща. — Выкини все переживания из головы. А как Маша вернется, вы поговорите, все обсудите. Я уверена, что вы непременно помиритесь, — успокаивала меня по-матерински мать супруги.

«Вернется… А если нет?» — билась в голове тревожная мысль. Не стал высказывать теще свои переживания. Она и так перенервничала, не стоит добавлять ей волнения. Простившись с Анной Андреевной, я направился домой. Мне и правда лучше погрузиться с головой в дела, чтобы занять голову работой, вместо гнетущих мыслей.

Когда такси въехало во двор, я вспомнил еще об одном безотлагательном деле. Пересев в свой автомобиль, повернул ключ в зажигании и направился к главной виновнице случившегося.

Мне повезло: подойдя к подъезду, увидел открывающуюся дверь, из которой пыталась вывезти коляску молодая мамочка. Помог ей, заходя во внутрь. Лифт занят. Ждать его не было терпения, поэтому рванул пешком. Блага гадина живет всего на пятом этаже. Едва ли не бегом промчался через все лестничные пролеты, остановившись лишь у дверей Костровой.

Намеренно закрыл глазок ладонью. Уверена, увидь она меня, точно не откроет двери. Другой рукой зажал звонок. Даже на лестничной клетке услышал его писк.

С обратной стороны послышались легкие шаги, щелчок и скрип. Дверь отворилась и передо мной предстала Луиза в коротком шелковом халатике.