Книга Сделка, страница 135 – Лисса Джонс

А вернувшись в класс, художник бурчит о том, что терпение нынче не в почёте.

— Приедет-приедет. Говорил же, что приедет! Нетерпеливые дети сейчас, ой нетерпеливые.

И после новости воспитанники уже только делают вид, что вернулись к занятию. А через полчаса Иван Сергеевич видит в окно, выходящее на парковку перед художественной школой, подъехавший черный внедорожник, – и он сам вдруг предвкушает интереснейшую встречу. Из машины выходит тот самый друг.

В туфельках, бежевом пальто и с пушистыми белокурыми волосами – хорош друг!

— Иван Сергеевич, это же он, да?

— Ну что ты Ивана Сергеевича глупыми вопросами донимаешь? Он-он!

— Ой, а с кем это он?

Василиса

За окном автомобиля день сменяется на погожий осенний вечер. Омытые дождем блестят купола храмов, желтеют листья клёнов, отцветают хризантемы.

Мы выехали на КАД. Несемся навстречу чистому небу.

В груди неимоверная легкость. Приятная, волнующая. И никакого смущения. Не стыдно за то, что сделала в кафе. Не хочется ничего переформулировать, переделывать, переиначивать, доводить до безупречности.

Только бы запомнить. Сохранить мгновения в памяти.

В тот момент, когда зазвонил телефон, мы не отшатнулись друг от друга, не отскочили, реальность не обрушилась на головы – нет.

Мы не обращали внимания на мир вокруг. Еще пара секунд – и я отодвинулась первая, тихо прося его ответить. И не было мужского голоса, музыки, разговоров. Лишь разгоряченная, расплавленная под его взглядом кровь в ушах шумела.

Подушечками пальцев я касалась собственных приоткрытых губ, воображая то, что так и не произошло. Вот, значит, как бывает… Ни страха, ни сомнений.

Я не знала, как долго длился телефонный разговор. Вынырнула из собственных ощущений лишь в тот момент, когда до сознания дошло: Виктор расплатился за обед.

Встал. Быстро накинул пальто на себя и подал мне руку. Ещё больше оглушил строгим вопросом.

– Зачем ты это сделала?

Я молча пялилась на протянутую ладонь, не сообразив сразу, что он галантно предлагал встать.

Да. Виктор подал руку. Только вот после того, как я вложила свою ладонь в его и встала, тут же отпустил. Взял пальто с вешалки.

– Развернись, Василиса. – Все та же строгость во взгляде. В голосе.

Наверное, это ненормально, дико странно и абсолютно нездорово, но желудок сжимался от этой интонации, от слов. От того, каким сдержанным он выглядел, но каким – я точно знала – взрывным был внутри.

И стоило лишь повернуться, уставившись в окно, сглотнуть незаметно, как тяжёлая ткань опустилась на плечи, а его руки неторопливо освобождали длинные волосы из-под пальто, позволяя им свободно рассыпаться по спине.

Так аккуратно, что пальцы даже не дотрагивались до шеи. Но стоило неровно вздохнуть, как с ним что-то произошло. Ледяная маска треснула, обнажая истинный огонь внутри, вырвавшийся с горячим выдохом в мои волосы.

В тот миг, когда легкое натяжение прядей заставило откинуть голову назад, я услышала эфемерно-беззвучное «черт».

– Так, зачем?.. – Еще совсем немного потянув волосы вниз, заставил сильнее поднять подбородок, упереться затылком в его грудь. – Ты же умная девушка.

У него даже дыхание не сбилось, а у меня кожа огнем полыхала. Горела! Воздух отказывался проникать в легкие. Только вырывался с крохотными выдохами.