Книга Шёпот судьбы, страница 118 – Кэтрин Коулc

Раздавшийся стук в дверь вырвал меня из приятных мыслей. Я уже пошла по коридору, но остановилась на полдороги. Достав из заднего кармана телефон, открыла приложение камер наблюдения, которое Холт настроил для меня. На подъездной дорожке стоял знакомый внедорожник, и я вздохнула при виде человека, стоящего у меня на пороге.

Заставив себя идти вперед, я открыла входную дверь.

— Привет, Эмбер.

Она улыбнулась мне, но ее улыбка была какой угодно, только не искренней.

— Рэн. Могу я войти?

В обычной ситуации я бы приняла любые удары, которые она сочла нужными нанести, но с меня было довольно.

— Зависит от того, почему ты здесь.

Фальшивая улыбка сползла с ее губ.

— Как грубо.

Я пожала плечами.

— В эти дни я на защите своего покоя.

Во взгляде Эмбер мелькнула жестокость, и она двигалась так быстро, что у меня не было возможности отреагировать. Сильно толкнув меня в дом, она вытащила пистолет и нацелила его мне в грудь.

— Знаешь что, Рэн? Мне плевать на твой покой.

Пистолет мелькнул, и удар по виску отбросил меня в темноту.

ХОЛТ

Тень высунула голову из окна внедорожника, пока Нэш вел его по горным дорогам. Ее язык вывалился из пасти, и она постоянно лаяла.

— Кажется, кто-то счастлив, — сказал папа.

Я повернулся на заднем сиденье и погладил Тень.

— Для нее пойдет на пользу выбраться немного подальше. Рэн просила кого-нибудь выгулять Тень посреди смены, но собака очень энергичная.

Папа посмотрел меня с переднего пассажирского сиденья.

— Вы с Рэн входите в ритм.

Это был не вопрос, а мягкая проба почвы. Я не ощетинился, как несколько дней назад. То, что я сказал Рэн, было правдой — мне нравилось, что все годы моего отсутствия моя семья поддерживала и защищала ее. Что между ними возникла настоящая близость.

— Это займет время, но мы к этому идем.

Он кивнул, но взгляда не отвел.

— Прости, если мое поведение, когда ты приехал домой, заставило тебя почувствовать, будто я не верю в тебя. Я люблю вас обоих и не хочу ничего больше, чем видеть вас счастливыми.

Вместо того, чтобы прятаться за маской безразличия, я продемонстрировал свои рухнувшие стены. С привычной легкостью позволил отцу увидеть все, что обычно скрывал. Позволил подняться на поверхность сожалению и горю. Боли и самоистязанию.

— Я люблю ее, папа. И никогда не переставал любить. Я, правда, думал, что поступаю правильно.

Он еще дальше повернулся на сидении.

— Я знаю это, Холт. Я никогда не думал, что ты ушел из эгоистичных побуждений. Но строить отношения нелегко. Это работа. Ты должен держаться, даже когда кажется, что сбежать будет легче для всех.

На моей челюсти дернулся мускул.

— Он не сбегал, папа, — сказал Нэш с водительского места. — Ему требовалось время, чтобы прийти в себя. Жизнь без Рэн научила его больше, чем любая из твоих лекций.

Я присмотрелся к брату. Обычно он любил шутить, но сейчас в нем чувствовалось напряжение: побелевшие костяшки пальцев на руле, сжатая челюсть. И что-то в его выражении говорило, что он слишком хорошо знаком с сожалением.

— Он прав. — Я посмотрел на папу. — Я понимаю, что у тебя могут быть сомнения. Но они меня не остановят. Я знаю, как мучительно жить без Рэн, как засыпать, думая о ней каждую ночь. Задаваться вопросом: где она и в безопасности ли. Счастлива ли. Представлять, как она влюбляется в другого. Создает семью.