Книга Особые условия, страница 27 – Эмма Райц

— Несколько дней назад ты была тут в прозрачном платье с кавалером, улыбалась и пила розовое вино. А сегодня ты одна, в рубашке, хоть и на голое тело, но с кислой миной на лице. Если хочешь, я, конечно, налью вина, но, по-моему, вискарь – то, что тебе сегодня нужно.

У Яны отвисла челюсть от такого откровения.

— Я разве не прав?

— Давай сюда чёртов виски.

— Держи.

— Рубашка сильно просвечивает?

— Примерно, как и моя.

Яна криво улыбнулась, рассмотрела темнеющие под белой тканью пятна татуировок и сделала большой глоток.

— С тобой ведь сидел наш начальник из маркетинга? Я думал, ты его подружка.

— Нет. Он просто вручил мне бутылку вина за то, что утром задел плечом.

— Нет, он просто весь вечер трахал тебя глазами. Хотя, глядя на тебя в таком наряде, добрая половина гостей занималась примерно тем же.

— Да, спасибо, я уже поняла, что зря так оделась в тот вечер.

— Я серьёзно. Когда ты ушла в туалет, Макс подошёл ко мне и залпом влил в себя двойную порцию виски.

— А мы можем поболтать о чём-то кроме Максима?

— А вы с ним поссорились что ли?

— Да нет же! Мы с ним знакомы всего день. И он просто составил мне компанию за ужином.

— А почему ты здесь одна?

— Потому что я неудачница без парня, – Яна допила виски, и бармен налил ей ещё одну порцию.

— А это за мой счёт. Странно, что такая, как ты, без мужика.

— Такая? Какая?

— Горячая штучка. Может, ты слишком горячая, не по зубам большинству? Я бы вот не разрешил своей девушке лежать в джакузи голышом.

— Об этом тоже знают все гости?

— Одна недовольная тётка растрезвонила всем, кому не посчастливилось оказаться рядом. Так что ты тут, можно сказать, звезда.

Яна закрыла лицо ладонями.

— Ну чего ты такая грустишка? Кто тебя обидел?

— Я не грустишка. Я дура, – Яна допила второй стакан.

— Ещё?

— Давай.

— Граммов через сто пятьдесят мне даже не придётся тебя расспрашивать.

— Граммов через сто пятьдесят я залезу на сцену и буду фальшиво петь. И тебе придётся тащить пьяную певицу в номер. А утром меня точно выселят, так что это последняя порция.

— Ох, я бы посмотрел такое шоу!

— Ха-ха.

— Ладно тебе, малыш. Я на самом деле добрый. И не налью больше, чем ты можешь выпить.

— Я сплю со своим начальником, – зачем-то выпалила Яна.

Бармен вскинул брови, но тут же пожал плечами и усмехнулся:

— Все мы не без греха.

— Он принуждает меня.

— А почему ты не сдашь его полиции? Напиши заявление…

— Потому что мне это нравится…

— Тогда в чём проблема?

— В том, что у меня нет нормальной личной жизни. И мне настрачивает чокнутый бывший.

— Ты точно не хочешь ещё порцию? – бармен с трудом сдержал ироничный смешок.

— Нет. Лучше сделай мне эспрессо. Иначе я буду слишком откровенно шататься, – Яна облокотилась на барную стойку и закрыла глаза, подперев голову ладонью. Рубашка натянулась на её груди, но ей было уже всё равно. Хотелось плакать от безысходности и чувства отвращения к себе.

— Детка, не спишь? Вот твой кофе. Я сделал покрепче.

Яна открыла глаза:

— Нет, не сплю, просто задумалась.

— Смотри, я тебя сфоткал. По-моему, огонь! – бармен повернул к ней экран телефона с чёрно-белой фотографией.

Яна выглядела очень живописно: грустная спящая нимфа с небрежной прической, полупустым стаканом и просвечивающей сквозь рубашку полной грудью.