Книга Адвокатская тайна. Том II. Воскрешая прах и пепел, страница 161 – Эмма Райц

— Я и не планировал продолжать с ней какие-либо отношения. Мы слишком разные.

— Ну да. Она во время секса стонет. В отличие от тебя.

— Чёрт, Марго!

— Что Марго? – она отложила вилку и снова отпила вина. – Объясни мне. Что за странные метания? Ты спишь со мной. Потом с ней. Потом опять со мной. Потом снова с ней. Потом утверждаешь, что вы с ней слишком разные, а нравлюсь тебе я. Очень неубедительно. Ты на суде так же выступаешь?

— Ты божественна.

— Не уходи от ответа!

— Да, я грёбаный похотливый адвокат. Спал одновременно с вами двумя. И теперь пытаюсь выйти на путь исправления. Вот только я не помню, чтобы посещение секс-клуба накладывало на меня какие-либо обязательства хранить тебе верность! И ты туда тоже ездила не в поисках большого светлого чувства, а за удовлетворением физиологических потребностей.

Марго вскинулась:

— А теперь-то что изменилось?! Тебе стало лень туда ездить? Привык, что под боком есть юное на всё согласное прелестное тело? Хочется продолжить в том же духе?!

— Нет, – Волохов растёр лицо ладонями, уже слабо понимая, к чему шёл их диалог. – Я больше не хочу никуда ездить, не хочу интриг и секретов. Хочу просто быть в отношениях с умной, красивой женщиной. Без масок и притворства. Открыто и искренне.

— И поэтому ты наставил на меня пистолет, – Марго саркастично усмехнулась и допила вино.

Официант бесшумно подошёл к их столу, подлил алкоголь им обоим и забрал тарелки.

— И поэтому ты позвал Тиграна. Так хотел отношений со мной, что устроил цирк у себя в офисе. На что ты в тот момент надеялся? Что бешеный кавказский муж расчленит меня за измену? Я так сильно тебе нравилась, что захотелось просто взять и растоптать меня? Ты испытывал ко мне настолько сильное влечение, что готов был пристрелить за какие-то свои параноидальные домыслы? Хорош жених, – она со злостью схватила вилку и закрутила на неё порцию пасты. – Думаю, ты зря приехал, Волохов.

— Я приехал всё исправить. Дай мне шанс. Ты поймёшь, что я могу быть другим.

— Ага, – она зло рассмеялась. – А потом что-то снова ударит в твою обезумевшую голову, и ты снова вынесешь мне приговор без суда и следствия.

— Нет. Такого больше не случится. Обещаю.

— Засунь свои обещания куда подальше.

— Скажи, что ты хочешь? – устало спросил Волохов.

Марго замерла на секунду. Её обиженно-циничное выражение лица сменилось грустно-серьёзным:

— Я хочу, чтобы меня любили. По-настоящему. Безумно. Беззаветно. Испепеляюще.

— Я буду тебя любить.

Она хмыкнула и снова спряталась за ироничной улыбкой:

— Я тебя умоляю, Волохов. Ты и любить? Уж мне-то не заливай…

— Может быть, я уже тебя люблю?

— Ммм… Ну как определишься, черкани мне записку и пришли её с почтовым голубем.

— Кивай, Харви… – шепнул Стас.

— Я готов поработать над… доказательствами, – он медленно провёл пальцем по её лежавшей на столе ладони.

Марго почувствовала дурацкие мурашки и убрала руку:

— Я тебя сейчас разочарую. Когда кого-то любишь, с другими не спишь.

— Не спишь, если чувства взаимны. Я тебе напомню: мы с тобой даже имён друг друга не знали до прошлого лета. И ничто не указывало на какую-то глубину наших недоотношений.

— Конечно… Больше года ездить хрен пойми куда, не менять партнёров в том месте, где это вообще-то подразумевается… Совсем ничего не указывало. Тебе самому не смешно?