Книга Сведи меня с ума, страница 37 – Эмма Райц

— Настолько нравилось, что ты раз за разом вылезала на крышу, чтобы сигануть вниз?! – Стас сорвался на крик, буквально пригвоздив ошарашенную Аду к стеклянной стене.

— Что… Как ты… – её губы дрожали. – Я запрещаю тебе копошиться в моей голове! Ты не смеешь!

— Прости… – он грубо притянул её к себе, с трудом сглотнул и обнял Аду обеими руками.

— Я хочу, чтобы ты остался… Я верю в тебя.

— Важно, что я не верю.

— Почему?..

— Я снова начну сходить с ума. И вместо того, чтобы спасти тебя, я погублю нас обоих. Я уже через это проходил…

— Но как быть мне? Как отпустить тебя? Я же… Я ведь снова сломаюсь. Без твоей поддержки. Без иронии. Без этого всего… Ты исчезнешь, а я останусь одна. И это ещё больнее.

— Тебе не будет больно. Ты же забудешь обо мне. В тот же миг.

— Я не хочу…

Стас почувствовал, что его футболка намокла на груди.

— Но ведь тогда ты будешь страдать.

— Зато я буду помнить. Твои слова, твои принципы, решения, поступки…

— Звучит так себе.

— Зато я не потеряюсь, – Ада перешла на шёпот. – Память о тебе будет моим маяком. Болезненно пульсирующим. Но самым верным.

— Какая самоотверженность! Я сильно недооценивал твою подружку, Багрянцев! – Дьявол звонко хлопал в ладоши, от чего у Стаса в глазах всё двоилось, будто его голову сунули под колокол и с силой ударили в него.

— Просто дай мне завершить начатое. Тогда, даже забыв меня, ты не сломаешься, а продолжишь жить долго и счастливо. Без оглядки на чьё-то мнение, недовольство и многозначительное цоканье языком.

В тот же момент Дьявол произвёл этот звук, а, поняв, что Багрянцев предвидел и опередил его своим замечанием, цокнул снова, только громче, и испарился.

— Прогуляемся?

— У тебя осталось меньше двух дней на жизнь, а ты предлагаешь прогуляться? – Ада шмыгнула носом и улыбнулась.

— А чем бы ты занималась на моём месте? – Стас вскинул брови в ожидании интересного ответа.

— Не знаю… Попросила бы у всех прощения, наверное.

— Ммм… Одна загвоздка: те, у кого я мог бы попросить прощения, уже считают меня мёртвым. Ещё варианты?

— А… Хочешь сказать, тебе есть у кого просить прощения? Точнее… – Ада замотала головой и подозрительно посмотрела на Стаса: – Есть те, у кого ты хотел бы его попросить?

Тот неохотно растёр висок и напряжённо засопел.

— Есть. Одна. Нет. Двое.

* * *

— Не пойму, почему ты сразу не зашёл на эту могилу, когда мы были здесь в прошлый раз? – Дьявол недовольно поскрипывал кожей заднего сиденья, всё ещё невидимый для сидевшей спереди Ады.

— Я, конечно, переигрываю тебя по половине вопросов, но даже мне это было не под силу в тот момент… – мысленно ответил Багрянцев.

— А ведь я ещё угорал над этим… как его. Волоховым! Думал, он дурачок. Но терпения у него на тебя было поболее! – огрызнулся Дьявол. – Ты со своими высокомерными шуточками просто невыносим!

— Но ты всё-таки снова сопровождаешь меня туда, где тебе очень не нравится быть! – Стас покачал головой и попытался изобразить улыбку, но чем ближе было Троекуровское кладбище, тем сильнее сжималось его нутро, тем болезненнее было сглатывать и тем горячее пылал затылок.

— Мазохист. Форменный, – Дьявол поставил диагноз и замолчал.

* * *

В отличие от могил родителей путь к этой Стас помнил очень хорошо, хотя путь был не из близких.

Шёл он молча, с иронией наслаждаясь болью, которая с каждым шагом всё сильнее сковывала его шейные позвонки. Ада тоже не решалась заговорить, хоть и чувствовала, что ему нужна её невидимая поддержка.