Книга Архитектура любви, страница 109 – Эмма Райц

— То есть, ты ещё не решила?

— Как раз сейчас взвешиваю все “за” и “против”.

Стас откашлялся:

— Ты что, напилась?

Лера рассмеялась:

— Немного.

— Тебе нужна помощь?

Очередная волна веселья накрыла её с головой:

— Да.

— Какая?

— Ты случайно не знаешь чешский номер Радоса?

— Да пошла ты, – Стас бросил трубку.

Прекрасно сознавая, что говорит с пустотой, Лера задумчиво произнесла:

— Why so serious?..

* * *

Конечно же, она больше не звонила Стасу.

Утром Лера приехала в офис бюро и молча положила перед Вадимом заявление об увольнении.

— Что? Даже не потребуешь компенсацию?

— Подписывай.

По его лицу было видно, что он до конца надеялся на иной финал. Но даже в этот момент ставил подпись медленно и с явной неохотой.

— Не думал, что сдашься так быстро.

— И?

— Просто говорю.

— Это тоже подпиши, – Лера протянула ему заявление об отпуске. – Находиться тут ещё две недели я не намерена.

— Играешь в обиженку?

— Ставлю свои интересы выше твоих ожиданий, – не прощаясь, Лера забрала подписанные заявления и пошла в бухгалтерию за расчётом.

* * *

Через неделю лондонский директор по персоналу Renoy получил электронное письмо с сообщением о недостойном поведении руководителя московского офиса, принуждавшего сотрудницу решать деловые вопросы недопустимым путём под страхом увольнения. Письмо содержало несколько вложений: аудиофайл, нотариально заверенный перевод и детальное пояснение Леры сути всей ситуации.

Спустя десять минут руководитель британского филиала звонил корпоративному юристу, и ещё через час они втроём набирали номер московского офиса.

На следующий день Вадим был уволен, а Лера получила вежливое, но настойчивое приглашение в Лондон для личной беседы и дальнейшего урегулирования конфликта.

Примерно в то же время она отправила аналогичное письмо Диме без какой-либо надежды на результат или хотя бы хлёстко-ироничный ответ.

* * *

5 августа 2021 года

Лера возвращалась домой из салона красоты накануне поездки в Лондон. Выйдя из машины, она открыла багажник и достала новенький чёрный чемодан. За спиной раздалось до дрожи знакомое:

— Привет.

Лера зажмурилась, ожидая удар по голове с целью дальнейшего путешествия в багажнике тёмно-синей Ауди до ближайшей лесополосы. Но удара не последовало, и она медленно повернулась:

— Стас?

— Нет, фея-крёстная.

— Скорее злая мачеха.

Он ухмыльнулся и сунул руки в карманы брюк.

Лера пыталась понять, в каком он настроении, но во взгляде Стаса совершенно не читалась агрессия. Он поднял голову, посмотрел на дом, в котором Лера уже много лет снимала студию, и снова повернулся к ней:

— Ты когда-нибудь найдёшь себе приличное жильё или так и будешь ютиться в этой каморке?

— Что тебе нужно?

Стас опасно улыбнулся и мягко, словно рычащий хищник, произнёс:

— Мне хотелось бы узнать, какого чёрта ты устроила весь этот цирк с аудиозаписями? Филатов выжрал мне весь мозг и лишил квартальной премии.

Лера хохотнула:

— И ты жалуешься?! Тебя ведь даже не уволили! Что за гнилая контора у вас?

Стас закатил глаза:

— Да-да. Я слышал, что очкарику повезло меньше. Не боишься теперь вечерами по улицам ходить?

— Моя совесть чиста. А теперь разреши мне пройти, – Лера захлопнула багажник и попыталась обойти Стаса, но он мягко толкнул её обратно к машине и положил руки с двух сторон от Леры на сверкавший чистотой серебристый кузов Мерседеса. – Что ты делаешь?! Хочешь вытрясти из меня потерянную квартальную премию?!