Книга Абсолютно несовместимы, страница 33 – Эмма Райц

— Сколько ординаторов – не подскажу. А вот Алис, владеющих серебристым Гольфом с номером 689, наверняка по пальцам можно пересчитать.

Денис замер:

— Чёрт! Точно! Я совсем забыл про тачку! Ты – гений.

— Я же писал рапорт о твоей доставке. Там все данные по машине.

— Ладно… Затянутся швы, и, может быть, я её найду.

— Может быть? Вот ты смешной. Ты не слышал себя, пока стонал в отходняке. Твой мозг, по ходу, только за эту девчонку и цеплялся.

— Мой мозг – отдельный разговор. И хотеть я могу чего угодно. А вдруг она… Может, у неё парень есть?

— Вот и узнаешь.

* * *

Месяц спустя

Алиса снова сбросила звонок.

— Опять Артём?

— Третий раз за день.

Аня мягко улыбнулась ей:

— Может, есть смысл с ним поговорить? Вдруг он по-настоящему раскаивается?

— Вдруг, – Алиса скривилась в саркастичной усмешке. – Если бы мы расстались нормально, просто после какого-нибудь разговора, возможно, я бы и дала ему шанс сейчас.

Аня вздохнула и отпила остывший кофе:

— Ты же знаешь. Бывает, что на людей накатывает какое-то затмение. А потом они жутко жалеют.

— Знаю. Но легче от этого не становится. У меня до сих пор перед глазами та сцена. Ань, я даже не представляю, как смогу сесть в его машину, зная, что на этом самом месте сидела та голая девчонка! И он её прямо там целовал и лапал… Ааа!

— Хорошо! Нет, значит, нет. Не насилуй себя этими воспоминаниями.

Они сидели в кофейне недалеко от Склифа. Алиса закончила дневную смену с опозданием почти на два часа из-за экстренной операции. Аня давно привыкла к такому ритму работы подруги и на каждую встречу брала с собой ноутбук, чтобы можно было поработать, если Алиса задерживалась.

— Давай сгоняем куда-нибудь через пару недель? Вроде мне подписали отпуск. Где в октябре ещё тепло?

— Можем прокатиться по Европе. Доедем до твоей мамы.

Алиса нахмурилась при упоминании её матери.

— Она так убивается из-за нашего разрыва. Каждый звонок начинается с этой темы.

— Её можно понять.

— Конечно. А я теперь лишний раз звонить не хочу. Мне бы отпустить и закрыть эту тему, но она упорно продолжает ковырять рану.

— В чём проблема? Скажи ей, чтоб прекратила. Ты же умеешь это! Чётко и безапелляционно. Не знаю, вас в вузе этому учат или уже в ординатуре? Ты всегда была такая мягкая, но за последние пару лет обросла шкуркой. Я слышала, как ты тогда в приёмном покое говорила с тем буйным парнем после ДТП. Мёртвый подчинится!

Алиса рассмеялась:

— Да, руководитель моей практики тоже недавно сказал, что у меня иногда командный голос прорезается.

— Это же круто! Пойдёшь вверх в карьере. Станешь топовым хирургом!

— Да ладно… Не стать бы слишком сухой и циничной. Когда видишь каждый день десятки раненых после аварий, несчастных случаев, драк… Начинаешь относиться к человеку, как к механизму, который нужно починить, – Алиса махнула рукой официантке. – Но я ведь шла работать с эмпатией и человеколюбием…

— Не глупи! Ты отличный врач. У тебя холодная голова! В скорой помощи, да и в любой экстренной ситуации, это важнее. Пожалеть и утешить можно потом, когда всё пришито, кровь остановлена, а пациент пришёл в себя и ноет, чтобы ему вкололи ещё одну дозу обезболивающего.

— Видимо… Ладно. Извини, что я так задержалась сегодня. И ты снова проторчала тут два часа.

— Пупс, ну кого мне ещё ждать? Ты же не бумажки там перебирала, а спасала жизнь. Тем более, я успела дописать новый код. И он даже работает!