Книга Холодная мечта, страница 41 – Анастасия Пырченкова

Неужели, реально настолько не нравятся рыжие? Или ему не нравлюсь конкретно я? Нет, возможно, у меня не самый сладкий характер, но и не настолько же с ним всё плохо? Или что? Почему он себя так ведёт? При этом ведь хорошо всё было вчера утром, пока… что? Что произошло? Что я сделала не так? Из-за чего мужчина теперь возводил дистанцию? Из-за моей выходки с клубом? Но я же не прочила его приезжать за мной и везти к себе домой. Вообще ни о чём не просила. Это была его собственная инициатива. Так почему он на меня злился⁈

Не понимала. Ничего уже не понимал. Например, то, почему меня вообще волнует чужое настроение. Пусть ходит недовольным и дальше, раз ему так нравится. А я буду наоборот счастливой! Вот и улыбнулась ему от всей души, и даже решилась на воздушный поцелуй, после которого, правда, тут же поспешила сбежать в школу. Так что реакцию Северьяна я уже не увидела.

Зато её в красках описала Лиза.

И не только Северьяна. Но и тех, кто стал свидетелем этой моей глупой выходки.

— Так что готовься ко второй волне сплетен, подруга, — похлопала меня по плечу Лиза, прежде чем удалиться в сторону своего класса.

Я же осталась стоять у раздевалки, с мысленными стонами коря себя за безрассудство.

Что на меня только нашло…

Вообще в последние дни едва узнавала себя.

Словно во мне что-то надломилось и из этого разлома теперь лезла что-то доселе спавшее, а теперь разбуженное. Злое. И что хуже всего, это влияло не только на поведение в общении с Северьяном, но и Лизой. Особенно сегодня раздражение вышло на новый уровень. И кажется, Лизе тоже это не нравилось, судя по холодному прощанию минуту назад.

Ладно, потом разберусь с этим, после уроков. Пока же, я расправила складки на юбке-солнышко яркого песочного цвета, длиной чуть выше колен, и воланы на белой блузке. Слегка оттянула пиджак, чтобы сидел ровно на плечах. И только после этого поспешила на урок русского. Конечно, такой вид — не по школьному уставу, но один день, думаю, погоды не сделает.

Ох, и попадёт мне сейчас от учительницы за опоздание!

По пути пыталась выдумать правдивую отмазку, почему отсутствовала на предыдущем уроке. Ничего путного в голову не пришло. А потому, когда спросили, почему меня не было, ответила как можно беспечней, что сегодня проспала, и вчера плохо себя чувствовала.

Послышались смешки одноклассников, но на них я постаралась не обращать внимания.

— Мы писали сочинение, — обрадовала Полина Георгиевна в итоге.

— Я могу после уроков задержаться и написать, — робко предложила той.

Как ни странно, разрешила. Я даже не сдержала шумного выдоха облегчения. Эта женщина славилась жёстким и строгим характером. Но я никогда не понимала, почему её боятся. Да, именно таковой являлась учительница, но при этом всегда была справедлива.

— Исключительно за твой правдивый ответ, — пояснила, когда я уселась за парту. — Учись, Белов. А то «к врачу ходил, и даже на приём не успел из-за очереди», — передразнила ответ Кости она.

Посмотрела на своего одноклассника и ухмыльнулась. Мы с ним вечно соперничали по оценкам. С первого класса. Почему-то ему постоянно надо было меня во всём обогнать. Исключением являлась физкультура, в которой я еле набирала до четвёрки нормативы. А вот по остальным предметам… Мы с ним, конечно, не ботаники, но старались получить лучшую отметку, чем у другого. И при этом совершенно не общались никогда. Такая вот молчаливая борьба шла на протяжении уже девяти лет. Костя вообще мало с кем из класса общался. Его друзьями в основном были ребята постарше из компании брата.