Книга Личная ассистентка босса, страница 37 – Екатерина Котлярова

На удивление Дроздов соображает быстро. Он исчезает из поля зрения, а Калинин поворачивается ко мне.

— Раздевайся, Смирнова! — велит бескомпромиссно.

— Что? — у меня немеют губы от изумления.

— Раздевайся и ложись в постель! Немедленно! — сверкает ледяным взглядом так, что невозможно ослушаться.

Непослушными руками я расстёгиваю пальто и стягиваю его. Пытаюсь дотянуться до собачки платья, но от страха пальца не гнутся.

— Развернись, — велит босс, чтобы в следующую секунду моя одежда уже летела на пол. — В постель! — приказывает, и я подчиняюсь, забираясь на огромную кровать, чтобы наблюдать, как одежда босса отправляется к моим вещам.

Я не успеваю даже пикнуть, как сильное тело Калинина придавливает меня к кровати сверху, лишая кислорода и мешая моим мыслям задерживаться в голове хоть на долю секунды. Каждой клеточкой дрожащего от напряжения тела я чувствую горячую кожу мужчины.

Запах Калинина окружает меня в кокон. Терпкий. Вкусный. Желанный. Каждая нотка оседает на языке и взрывается чувственным удовольствием. Моё сердце стучит с перебоями. То прекращает свой ход, то бросается в бешеный галоп.

Моя маленькая грудь в обычном чёрном лифчике расплющилась о его крепкую грудную клетку с литыми мышцами. Подрагивающим животом я чувствую каждый кубик его стального пресса. Каждую жёсткую волосинку, которая щекочет мою чувствительную кожу. Мне хочется застонать от того, насколько это чувственно и запредельно прекрасно. Это ещё порочнее, ещё слаще, чем во всех моих мечтах. Под ним я чувствую себя совсем крошечной. Невесомой. Песчинкой, которую подхватит любой порыв ветра и унесёт в неизведанном направлении.

Ладони Степана обхватывают моё лицо, а тёмные, практически чёрные, как ночное небо глаза заглядывают в мои. Я смотрю в его красивое лицо и понимаю, что не смогу дышать, если он сейчас отстранится. Если отвернётся и его губы не прикоснутся к моим. Если я пойму, что та страсть, то невероятное желание, что сжигает меня безответно. Потому что не может так смотреть в ответ человек, которому всё равно. Потому что не могут быть такими тёмными и жадными глаза, смотрящие в самую душу. Вытаскивающие на свет самый порочные, самые потаённые желания.

Калинин скользит взглядом по моему лицу. По трепещущим от волнения ресницам и приоткрытым губам, которые точно пересохли от волнения. Но я не спешу проводить по ним языком. Я боюсь. Боюсь даже вдохнуть, особенно, когда Степан большим пальцем проводит по моей нижней губе.

На грани сознание я слышу, что кто-то колотит кулаком в дверь. Из коридора доносятся громкие восклицания, но всё это проходит мимо меня. Я смотрю в красивое лицо своего босса и хочу лишь одного — чтобы он меня поцеловал. Чтобы он сократил это чёртово расстояние между нашими лицами и впился жадным поцелуем в мои губы.

Жадно. Подчиняюще. Я уверена, что нежничать он будет. Что он будет столь же напорист, как и во всех своих делах. Он будет брать. Присваивать.

А я готова отдать ему всё. Всю себя. До молекулы. Мне не жалко.

Мне выпал шанс, о котором я и мечтать не смела. Отказываться я точно не стану. Пусть потом будет больно. Пусть я буду потом собирать себя по кусочкам. Зато я буду знать, какие его губы на вкус.

Тяжесть его тела и гладкость горячей кожи я уже почувствовала. Но разве этим насытишься? Ведь хочется ещё! Гораздо больше!