Книга Фон-барон для Льдинки, страница 95 – Анна Аникина

— Давайте я пока помою посуду. А вы идите к себе, - поднялась Кира.

Мальчики и Алиса пожелали родителям доброй ночи. Пошли по своим комнатам. Сначала отвели Алису. Потом ушли к себе в смежные комнаты.

— Что думаешь про завтра, Док? Чего это дед такими загадками говорит?

— Посмотрим. Я так понимаю, твоя задача не дрогнуть. И что-то мне подсказывает, что речь не про теннис. А кормить в вашем элитном клубе будут?

— А Вам, доктор, лишь бы пожрать.

— Думаю, что на сытый желудок отбиваться от любого противника нам будет полегче.

То, что к игре в теннис их визит в клуб имеет весьма отдалённое отношение, Алекс понял, к сожалению, только появившись на корте. И позавидовал Игорьку, который устроился в тени на маленькой трибуне и уже жевал огромное яблоко.

Алису забрал местный тренер и увёл на другой корт. Она не проявляла должного усердия в освоении теннисной техники, зато втихаря гоняла в футбол с местными мальчишкам. Если бы бабушка узнала об этом, был бы большой скандал.

По мнению баронессы, её внуки должны были уметь ездить верхом, кататься на горных лыжах и играть в теннис. Наверное, будь в окрестностях гольф-клуб, этот вид спорта тоже добавился бы в перечень.

Алекс умел всё из бабушкиного списка. Кроме того, с раннего детства прекрасно плавал и играл в волейбол. Алиса отлично каталась, но лошадей побаивалась, а теннис предпочитала смотреть. На Игорька, как на гостя в поместье, обязаловка не распорстранялась.

Алекс выбрал ракетку из нескольких в своей сумке, надел кепку. На корте появились трое: высокий худой белобрысый парень с длинным носом и смешными ушами и две девушки - блондинка и шатенка.

Парня Алекс знал. Внук одной из бабушкиных подружек Йенс Майер. Особой дружбы у них не было. Алексу всегда хватало своей компании. Но отношения сложились вполне нормальные. Йенс, выходя на корт, поздоровался за руку и с Игорем тоже.

Двух девушек Алекс, кажется, тоже где-то видел. Примерно одного с ним возраста. Возможно, они просто сильно выросли, и поэтому узнать их было трудно.

— Привет, Алекс, - поздоровалась блондинка небольшого роста, - Сегодня сыграем микст. Я сегодня с тобой в паре.

— Привет, - отозвался Алекс. Надо же было что-то сказать.

Видимо, на лице Алекса было написано, что он не помнит ни блондинку, ни шатенку.

— Я Генриетта, - напомнила блондинка без тени смущения, - Генриетта фон Талль. А это моя подруга - Ангелика фон Андлау, - кивнула на свою подругу.

— Окей, хм, Генриетта. Играем.

Теперь было очевидно, зачем бабушка всё это затеяла. Алекс вспомнил, кто это. Фон Талль. Внучка дальних соседей. В отличие от Алекса, она-то здесь росла постоянно. Противная мелкая девица, которая всегда приезжала на официальные приёмы и парадные обеды в Раттенбурге со своей бабушкой. Кажется, двоюродной.

Оказалось, что бабушку Алекс помнил лучше, чем саму Генриетту. Потому что у той был самый противный из всех возможных голосов на свете. Даже боцманская дудка по утрам в училище гораздо милее для слуха, чем визго-скрип фрау фон Талль.

Что ж, поиграем. Может быть, даже хорошо, что бабушка пока ничего не знает про Викторию. Можно себе представить, какое у неё будет лицо!

Мама с папой не раз в лицах рассказывали, как бабушка впервые увидела будущую жену своего единственного сына. Кира Виолетта Каролина Фернандес-Виртанен, очевидно, сильно её впечатлила. Впрочем, мама с папой и не прекращали периодически шокировать бабушку с молчаливого одобрения дедушки. Вот деду Фридриху, кстати, Тори бы точно понравилась.