Книга Фон-барон для Льдинки, страница 80 – Анна Аникина

— Сейчас все будут отчаливать, - Игорь подошёл к Алексу и Тори, так и застывшим возле дверей с креманками растаявшего мороженого, - Можем уйти в кильватере*. У вас будет время.

Алекс молча кивнул. Тори не поняла ничего из их морского лексикона. Недоуменно посмотрела на обоих.

— У Кати же сегодня будут бабушка с дедушкой. Значит, ты дома ночуешь. Просто не садись сразу в такси, - объяснил Игорь, - Папа, мама, Соня и Алиса уедут. А мы втроём сами доберёмся. Не маленькие.

Тут до Виктории дошло, что Игорь всё про них знал. Щеки залило румянцем. Так хотелось спрятаться на груди у Алекса. Видно было, как он тоже хотел обнять её и спрятать.

Постепенно все стали собираться по домам. Благодарили хозяев. Те обещали прислать фото.

Первыми отправили Селивановых и Сарычевых с усталыми детьми. Катя взяла за локоть Вадима, что-то зашептала. Глянула на Тори. Улыбнулась ободряюще. Показала жестом, чтобы сестра позвонила ей потом. Тори закивала.

Вместе с Ветровыми уезжали бабушка и дедушка Склодовские. Потом Вашкины-старшие. Алекс уже всерьёз опасался, что их план провалится. Но в подошедшую машину такси первыми впрыгнули Соня и Алиса. Следом сели весёлые и расслабленные родители, велев молодёжи добираться самостоятельно любым способом.

Стоило этой машине отъехать, как Алекс тут же взял Тори за руку.

— Всё, дорогие товарищи, я пошёл. Пройдусь. А то наелся как бегемот. На связи, - махнул рукой Игорек и пошёл по тротуару куда-то в сторону ближайшего метро.

— Устала? Хочешь, мы возьмём такси? - Алекс посмотрел на ноги Тори.

— Нет, я не устала, - получилось, что это была первая внятная фраза по-русски за весь вечер.

Тори ни за что не призналась бы, что её силы на исходе! Она так нервничала все предыдущие дни. И утро было нервное и напряженное. А все последние события не способствовали отдыху и расслаблению. Она всего на мгновение представила себя вот прямо сейчас с Алексом на заднем сидении такси. От одной мысли стало жарко. Лучше уж немного пройтись.

Ладонь Виктории была горячей. Алекс уже всерьёз беспокоился, что она заболела или просто очень устала. У него самого открылось "второе дыхание". Сил неожиданно заметно прибавилось.

— Ты совсем не ела мороженое. Не любишь? - спросил первое, что пришло в голову.

— Я... Не успела. Люблю..., - Тори глянула на Алекса и снова покраснела.

— Какое твоё любимое?

— Фисташковое. Я знаю, что это и твоё любимое.

— Откуда?

— Соня сказала, - Тори не собиралась выдумывать какую-то красивую легенду. Сказала, как есть.

— Возьмём по стаканчику? - Алекс подошёл к ларьку, - Ты знаешь, что в Москве самое вкусное мороженое?

— Откуда ты знаешь, что оно самое вкусное? Вдруг где-то есть вкуснее? - Виктории вдруг стало бесконечно легко.

— Я честно пробовал. В Риме, в Лондоне, в Нью-Йорке, в Берлине, в Мадриде..., - Алекс купил два вафельных стаканчика. Протянул девушке, - Знаешь, мы однажды в Хельсинки зимой с отцом ели мороженое на улице. На нас смотрели как на сумасшедших!

— Ты ешь мороженое на морозе?

— Русские все так делают.

Они брели вдоль набережной Яузы, то оживленно разговаривая, то умолкая. Рука в руке. В одном темпе и ритме. Мороженое было съедено.

На мосту остановились.

— Тут раньше был центр городской жизни, - махнул Алекс в сторону Лефортово, - Пётр Первый по Яузе водил свои первые флотилии. И Пушкин родился тут неподалёку.