Книга Фон-барон для Льдинки, страница 50 – Анна Аникина

Тори представила, что там сейчас могла нафантазировать маленькая затейница. Покраснела. Но Соня видела то, что хотела видеть. Смущенную после упоминания Игоря Викторию.

Загадка подарка так до конца и не разрешилась. Очевидный ответ, кто же прислал ей знак бесконечности, казался слишком невероятным, чтобы быть правдой. Этим своим открытием Тори благоразумно не поделилась с Соней. Хотя и ругала себя за малодушие.

Всё дело было в том, что Тори отправила Игорю сообщение с благодарностью за подарок. А тот ответил, что рад, что ручной работы кожаная ключница в виде кошки, вложенная в новую сумочку, понравилась Виктории. Этим привёл её в волнение. И сердце забилось часто-часто. Это не Игорь!

Версии роились в голове. Фантазию пришлось притормаживать волевым усилием. Была идея, что тайный даритель и "Снайпер" - один и тот же человек. Возможно, кто-то из её одноклассников. Потому что это никак не мог быть тот, кого отчаянно хотелось притянуть в эту историю за уши.

Алекс фон Ратт не мог быть в Москве. Тори видела его на заднем плане экрана телефона Игоря, когда тот звонил маме в субботу вечером. Не телепортировался же он из Питера в Москву и обратно!

Расспрашивать одноклассников тоже было глупо. Одно радовало - празднование дня её рождения определённо улучшило отношение к ней в классе. Особенно хорошо она теперь ладила с теми, кто играл за "зелёных". Но наблюдение за ними не выявило, кто же из них мог быть "снайпером".

Соня же со свойственным ей энтузиазмом взялась планировать предстоящую в начале мая поездку в Санкт-Петербург. То, что до мая еще несколько месяцев, никак её не останавливало.

А вот Виктории с приближением весны было всё тревожнее на сердце. С Игорем семья общалась часто. Благо, современные средства связи позволяли. Новости об Алексе она теперь слушала с интересом. А Соня буквально расщепляла их на атомы, проговаривая несколько раз каждую деталь. А Тори слушала. И боялась, что мелькнет среди новостей упоминание о какой-нибудь девушке рядом с Алексом.

Весна пришла как-то неожиданно. Как раз тогда, когда все уже замучались её ждать. Март был совсем зимним. С морозом, снегопадом и гололедом. Никаких намёков на тепло.

Апрель совсем не торопился. Под ногами была всё та же снежно-соляная каша. И вдруг буквально за неделю солнце вжарило со всей силы. Снег потёк и практически исчез, будто это был просто дурной холодный сон, а не реальность.

В Питере уже с марта были репетиции парада на Дворцовой. В любую погоду, невзирая на снег, дождь и ветер. Потому что Санкт-Петербурге ветер любого направления будет дуть в лицо. Это проверено и сомнению не подлежит. И поводом для отмены репетиции не является.

Игорь и Алекс всегда шагали в первой шеренге рядом. Правофланговым был их сокурсник Никита Комиссаров. Шли, сцепившись мизинцами , чтобы удерживать равнение. Ветер прилетал в них, не давая иногда глаза полностью открыть.

— Комиссаров, твою ж каракатицу, почему без свитера? - шипел на Никиту мичман Старостин, осматривая нахимовцев перед выходом.

— Не высох со вчера, товарищ мичман.

— Эх, пацаны! Разве ж так можно! Вроде шестой курс, а как маленькие. В море вы обязаны о себе заботиться. В море мамки нет. И мичман Старостин с вами в море не выйдет. Понял, Комиссаров?