Книга Фон-барон для Льдинки, страница 159 – Анна Аникина

Как уносили ноги девицы, стараясь не привлекать к себе внимания и прикрывая зады крошечными сумочками, Алиса продемонстрировала Алексу и Тори , оторвав их ради этого зрелища от поцелуя.

Алекс хохотал так, что аж слезы выступили. Тори никак не могла вникнуть, а когда поняла, то ей стало даже немного жалко девиц. Впрочем, она знала Алису. Та никогда бы не сделала гадость без повода.

Когда разошлись, попрощавшись с хозяевами и виновниками торжества, последние гости, можно было наконец выдохнуть.

— Я надеюсь, Виктория, что ваша с Алексом свадьба пройдёт на таком же выском уровне, - фрау Марии хватило сил царственно кивнуть семье, желая доброй ночи и отдать ещё десяток распоряжений прислуге.

— Это бабушка так тебя сейчас похвалила, - перевёл Алекс Тори с немецкого баронского на человеческий.

А Тори вот только сейчас поняла, как счастлива была весь этот вечер. Несмотря на огромное количество гостей вокруг, внимание к ним с Алексом и сосредоточенность на этикете, она получила огромное удовольствие. И ещё поняла, что быть гостепреимной хозяйкой такого мероприятия - тяжелейший труд. Фрау Мария почти перестала пугать своей строгостью. Хотелось наблюдать за ней и учиться.

Когда они покидали Раттенбург, Тори поняла, что будет скучать. По старому дому, по саду с прудом, по галерее с портретами. И конечно по хозяевам. На прощание они её обняли и на душе стало тепло.

Следующим пунктом обязательных летних визитов значился дом Виртаненов не очень далеко от Хельсинки. А Тори уже отчаянно хотелось домой. В Москву, как бы странно это ни звучало. Но менять направление путешествия всей семьи Алекса из-за своего желания Тори даже и подумать не могла. Вот только её настроение легко прочитала сначала Кира Витальевна, а потом понял и Алекс. Ему стало не по себе.

Выходило, что именно Тори ради него снова ломает свою жизнь. Сносит всё до основания. Меняет страны, города и языки. А он? Что он сделал, чтобы она была счастлива? Вспомнились слова Игоря. Слёз Виктории Алекс и сам бы себе не простил. Вот только эта зависимость от взрослых, терпеть которую ему самому осталось всего-то чуть-чуть, сковывала по рукам и ногам.

А Тори как-то со спокойным достоинством относилась ко всем благам. Чёрный лимузин по дороге в аэропорт? Отлично. Главное, чтобы всем удобно. Бизнес-класс? Прекрасно. Она улыбалась стюардессам и не требовала к себе особого внимания так же, как и когда они летели экономом.

На самом деле внутри Виктории бушевали эмоции. Но северо-европейская привычка не домонстрировать их на людях очень ей сейчас пригождалась. Новая информация и новые ощущения накрывали её с головой, подчас не давая вынырнуть и вдохнуть спасительного воздуха. Единственным якорем была рука Алекса.

В доме Виртаненов царил "художественный беспорядок". Но зато были чудесные кресла возле камина и сауна прямо в доме. Здесь не было правил. И можно было говорить на любом языке. Выходить к завтраку в пижаме и рыбачить в ней же. Пить горячее молоко со свежими булочками уже ближе к полуночи. И громко смеяться над шутками дедушки Витала.

Вот только мечта с поездкой на озера вдвоём не сбылась. Зарядили дожди.

— Вы на выходные к нам приезжайте, - бабушка Майя обнимала на прощание Алекса и Тори, - Что тут ехать-то! А озера на месте будут, не убегут от вас.