Книга Марафон в рай, страница 37 – Артур Каджар

* * *

Нара не знала, что Давид слушал мессу в протестантской церкви вместе с ней. Он видел, что красавчик ушел, но счел неуместным подходить к Наре во время богослужения. А когда месса закончилась, Нара быстро пошла к выходу и смешалась с толпой выходящих прихожан. И снаружи ее снова ждал тот самый парень!

Он решил больше не преследовать их, зашел в Айя-Софию, потом за чашкой очередного кофе на Галатском мосту сравнил вид на Босфор с прекрасными видами, какие помнил по картинам Айвазовского. Реальность проигрывала.

Так и с Нарой. В мечтах она была особенной, способной перевернуть его мир, наполнить жизнь яркими красками и эмоциями. А в реальности девушка оказалась такой, как и все. Он злился на себя, на нее, на глупую иллюзию, которую сам создал.

Следующие пару дней не делал попыток звонить Наре или искать ее. Сама найдет, если захочет. Из последних сил он воздерживался от выпивки, опасаясь сорваться в запой. Перестал бриться, беспрерывно курил, коротал часы за Библией, один раз даже сходил в кинозал.

В порту Лимасола не стал сходить на берег. Ближе к вечеру все-таки попытался дозвониться до нее — безуспешно. Тогда переоделся в костюм, пошел в бар и заказал двойной виски. Повторив заказ, спросил бармена, как пройти в казино.

После Стамбула следующие пару дней ночных игроков прибавилось. Видимо, народ заскучал в путешествии и теперь болтался в казино. Нара за смену выматывалась настолько, что мечтала лишь об одном: рухнуть в постель. В последнее время в Армении она работала на коротких и нерегулярных выездах, поэтому отвыкла от таких нагрузок.

Но все равно каждое утро, пусть ноги подгибались от усталости, соблюдала ритуал — обходила все закоулки лайнера, пыталась найти Давида.

Один раз коротко переговорила с тетей и отцом, опасаясь, что роуминг съест весь баланс. Постаралась успокоить, сказала, что с ней все в полном порядке. Узнала, что ее больше никто не искал. Рассердилась, что папа пока не начал сдавать анализы, но он заверил ее, что скоро займется этим.

С матерью связаться не удалось — та на сообщения не отвечала и не была онлайн уже больше недели.

Максим руки распускать прекратил, но не перестал оказывать знаки внимания. Умасливал: в Лимасоле устроит ей крутую экскурсию и будет себя вести «исключительно интеллигентно». Но Нара отказалась категорически. Однако и спать после смены не пошла: внимательно смотрела сверху на людей, сходящих на берег.

И наконец увидела. Вот он, Давид! В сине-белой бейсболке. Кинулась к лифту, нагнала и поняла: обозналась.

Ее состояние приблизилось к отчаянию, и она не могла разобрать, чего в этом отчаянии больше: тревоги за пропавшего Давида или досады, что ее план провалился. Наплевав на всякую конспирацию, после обеда она пошла на третью палубу и стала поочередно стучаться в каюты. Многие не откликались, а тем людям, кто открывал, Нара раз за разом приносила свои извинения за то, что перепутала каюты.

В ночь перед тем как лайнер должен был прибыть в Хайфу, Нара работала за покерным столом. Выспаться ей снова не удалось, и она находилась словно в оцепенении. Пожилая пара из Германии играла обстоятельно, не рискуя. Временами они перешептывались, и было видно, что руководит действиями именно женщина. Оба пили белое вино, делали ставки по минимуму и очень долго думали перед принятием решения. Рядом с ними сидел грузин средних лет, с большим перстнем на среднем пальце. Он, наоборот, играл крупно и сильно раздражался от того, что немцы тормозят темп игры.