Книга Тайна боярышни Морозовой или гостья из будущего, страница 125 – Резеда Ширкунова

Не забыли и про дядю Михаила. Он отказался от титула, но за вырученные деньги от своих изобретений, купил большой красивый дом, а сам ударился в науку. Кроме того, что он придумал вытяжку, дядя Миша увеличил качество бумаги, которую мы начали выпускать на бумажном заводе, благодаря механизму, о котором я рассказывала господину генералиссимусу. Через три года он выделил газ, которым стали закачивать дирижабли. Мода пришла из Франции, но у нас дядя Миша улучшил их… Господин Сладков через три года ушел с должности и вернулся в свою усадьбу, став настоящим помещиком, а его место занял Андрей…

Усталость сковала тело, и я попросила Ксюшу проводить меня в мои покои. Дочь поднялась вслед за мной, чтобы помочь добраться до спальни. Подъем на второй этаж стал для меня непосильной задачей, поэтому я переселилась вниз, в комнату, которую моя управительница презрительно называла покоями для служанок. Но какая разница? Главное — удобная кровать, где можно спокойно заснуть, и камин, согревающий мои старые кости.

— Мамочка, как ты себя чувствуешь? — спросила Ксюша, ласково глядя на меня.

— Ничего, детка, как я могу себя чувствовать в мои годы? Старость, знаешь ли, дает о себе знать каждый день, — хрипло рассмеялась я. — Не переживай, все будет хорошо!

— Ты всегда говорила нам так в детстве! — улыбнулась она, вспоминая прошлое.

— Ксюшенька, доченька, не хочу пугать тебя, но чувствую, что мой конец близок…

— Мама…! — начала она дрогнувшим голосом, но я покачала головой, не давая ей продолжить.

— Не надо, маленькая. Смерть — это не конец, это начало новой жизни. Мы с твоим отцом будем наблюдать за вами сверху, радоваться и грустить вместе с вами. Знайте, что родители всегда рядом. Я люблю вас всех!.. Иди, милая, гуляйте, веселитесь, а я буду лежать здесь и слушать ваш веселый смех.

Она пошла, постоянно оглядываясь на меня, а я лишь улыбнулась и помахала рукой.

В памяти начали всплывать события прожитой жизни, а я закрыла глаза, и вдруг меня что-то подхватило и вырвало из тела. С удивлением оглядевшись, я обнаружила себя в тумане, сотканном из тончайших нитей, словно паутина, нежно обволакивающая меня.

— Спасибо тебе за все, Анна! За все, что ты сделала в этом мире, я дарую тебе любовь и счастье. А чтобы ты не забывала, через что прошла, на твоем правом запястье будет звезда, как и у твоей второй половинки. Удачи, Морозова Анна Михайловна.

Я вздрогнула от этих слов. Всю жизнь меня звали Анной Глебовной, а эта невидимая незнакомка знала, что я — Михайловна.

* * *

Я жадно вдохнула затхлый, пыльный воздух и закашлялась.

— Аня, Анечка, не пугай меня, пожалуйста! — услышала я до боли знакомый голос и распахнула глаза.

Я лежала на полу возле могильной плиты Феодосии Морозовой, а надо мной склонилась моя подруга Вика, вся в слезах. Она помогла аккуратно приподняться и сесть. Встать сил еще не было. Только сейчас стало доходить, что это был сон, всего лишь сон, длиной в целую жизнь. И отчего-то стало так больно и обидно, что на глаза навернулись слезы. Сон, который я приняла за действительность…

— А это что? — Вика подняла мою правую руку и удивленно посмотрела на пятиконечную звезду на моем запястье.

Я попыталась встать, но снова больно плюхнулась на пол.

— Неужели это все было правдой? — прошептала я одними губами, и мне показалось, что в голове прозвучал тихий женский смех.