Книга Хозяйка тёмного эльфа, страница 152 – Элис Айт

— Ты права, – согласился он. – Я уже обдумываю, как решить эту проблему.

— Да? – я выгнулась, настороженно всматриваясь в его глаза. – И как, по-твоему, это сделать?

Дроу отвел взгляд, так и не дав увидеть, что в нем.

— Увидишь свадебный подарок – узнаешь.

— Может, хоть намекнешь?

— Нет уж, – он приложил темный палец к моим губам. – Больше ни слова об этом. Тебе нельзя ничего знать, а то цена магии все испортит. Дождемся, пока утихнут отголоски, потом я все расскажу.

Мне пришлось кивнуть, хотя его слова меня здорово обеспокоили. Уж не на те ли письма, написанные берзанским языком и подброшенные шпионом Мирале, дроу удумал откликнуться? Значит, подозрения Кидата верны и из дома в самом деле по ночам уходят посланцы Аштара? Но я же сама только что убедилась – он занят обычными руководствами для рукопашного боя, и именно для этого к нему постоянно таскаются стражники. Может, план существует только у него в голове и вообще никогда не начнет претворяться в жизнь?

Ответы на все эти вопросы хотелось получить прямо сейчас. Это было важно, скорпионий хвост мне в глотку. Но я промолчала, потому что цена магии действительно могла все разрушить. Наверное, мне следовало и здесь положиться на Аштара и смириться с тем, что может произойти. Уж в ком в ком, а в нем-то я могу быть уверена?

— Идем, отведу тебя в спальню, – предложил он. – А то так и не выспишься. Ты хоть согрелась? Или отправить кого-нибудь согреть тебе питья?

— Все хорошо, – честно ответила я. – А рядом с тобой – так и вовсе замечательно.

Я выдержала всего два дня, сидя дома и занимаясь мелкими делами, потерять контроль в которых было не страшно. На третий сломалась, плюнула и поехала в город: сначала в свою книжную мастерскую, затем в королевскую резиденцию к Элаю.

Мастерской мой род владел многие и многие годы – я не рискнула бы подсчитать сколько. До того как одному из прадедов попало в руки необжаренное кофейное зерно, которое он сунул в землю возле дома и которое, к его большому удивлению, проросло, определив занятие нашей семьи на следующие два века, ан-Сафаты были книжниками. Смена профессии пришлась кстати, потому что драконы принесли в Сенавию не только кофе, моду и новую архитектуру, но и книгопечатные станки, которые медленно, зато верно уничтожали ценность труда переписчиков. Мой отец даже подумывал продать мастерскую, поскольку она приносила убытки. Его останавливало только то, что она у нас оставалась последней, принадлежала нам на протяжении поколений и была дорога как память о наших истоках, а денег от плантаций у нас вполне хватало на ее содержание.

Сейчас я была ему благодарна за колебания. Путешествия и пребывание в Хелсаррете натолкнули меня на мысль о том, как изменить работу мастерской так, чтобы, даже оставаясь убыточной, она все равно приносила пользу.

Двухэтажное здание, половину которого занимала мастерская, находилось в старом районе Тайеза, недалеко от порта, и сохранилось с додраконьего периода сенавийской истории. Его формы были предельно простыми, всегда вписывались в квадрат или прямоугольник, крошечные окна походили на бойницы, на фасаде не удалось бы найти никаких украшений. Коробка и коробка, сложенная из крупных камней.

Вход представлял собой простую арку с замковым камнем наверху. У массивной деревянной двери меня уже ждал мастер-переписчик Блас – сухощавый мужчина тридцати с лишним лет. Из-под педантично завязанного тюрбана у него торчали жиденькие темные волосы. Два года назад я повысила этого человека из простых переписчиков и поставила управлять заведением, уволив предыдущего мастера