Книга Второй шанс Доктора. И вас, Драконы, вылечу!, страница 61 – Дианелла Кавейк

Он ударил по самому больному. По моему доверию. По моим стараниям, которые я тащила, как вол, в одиночку.

И ничего, что я дама отходчивая — плевать на меня с высокой колокольни не стоит. Я, конечно, не злопамятная, но память у меня отличная. Особенно на обиды.

— Я не это имел в виду…

О, классика жанра.

Сколько раз уже слышала: «не это имел в виду», «неправильно понялось», «не так сказалось». Уж не на одном ли заводе их делают?

— Да ты что? — я изогнула бровь. — Стало быть разучилась понимать речь мужскую?

Но продолжить пикировку мне не дали — послышался топот. Много шагов. Не один-два, а как минимум десяток, и явно не прогулочным шагом. Мы с парнями мигом напряглись.

— Здесь не место и не время, чтобы посвящать тебя во все детали, — хрипло сказал Эдгар.

Я кивнула. Умею отличить, когда лучше отложить скандал до более уютной обстановки. Например, с пирожками. Или хотя бы без врагов.

Мы двинулись по проходу, узкому, пыльному и местами заваленному мусором.

Я цеплялась за стену, стараясь не навернуться. Данте шел первым, как танк. Я — следом. Эдгар тащился замыкающим, явно сжимая зубы от боли. Слишком узкий проход. Фиг поможешь больному.

И тут мы услышали знакомые голоса.

— Они еще там, — донеслось до нас.

— Мы повязали всех, кто был с Фридрихом. Сам Фридрих лежит без сознания, — бодро отчитывался кто-то.

— Неужели мы опоздали? — с досадой промолвила Константа. — Я должна была спасти господина Эдгара и Данте…

Вот это новость. Спасти? Серьезно? А как же ее бурная радость от отравления девочек и избиения тех, кто мешал?

— В темнице их тоже нет! — нервно донесся голос другого мужчины. — В камере почему-то сидели люди Фридриха. Всего двое. И они… э-э… были крайне побиты.

— Побиты? — переспросила Константа, явно удивленная.

— Да. Не могут идти. Похоже, кто-то перерезал сухожилия…

Угу. Вот и славно. Кто-то. Интересно, кто бы это мог быть? Ну точно не я — я только помогала. Технически.

— Это определенно работа господина Эдгара. Думаю, он сбежал, — заявила Константа.

Ну раз уж всех поймали, смысла скрываться больше не было. Данте распахнул створку, и мы дружно вышли.

Я, правда, чуть за ним не споткнулась — дверца тяжеленная, зараза. Да и чего греха таить — я ужасно устала.

Константа вытянулась и протерла глаза. И не одна она. Те, кто стояли рядом, разом позамолкали. Я бы даже сказала — поперхнулись.

— Глазам не верю! Вы правда живы! — с облегчением выдохнула Константа.

Интересная она женщина. Когда мы впервые встретились, я решила, что она — злая, толстая, довольная своей властью фурия. Еще и плеть ее, прости господи, не внушала доверия. Она гнобила девочек, пихала их на убой, пичкала таблетками, которые давали временный эффект выздоровления. А сейчас стоит перед нами с сияющим лицом, как добрейшая бабушка из рекламы.

Я, конечно, все понимаю. Жизнь, она штука переменчивая. Но это как-то чересчур.

— Рад видеть тебя, — выдал Эдгар.

Как будто выдавил. Прямо из недр своей каменной души.

Болезнь явно пошатнула у него не только здоровье, но и морально-нравственные ориентиры. Раньше этот сухарь плевался ядом на три метра вперёд, а теперь вот. Говорит приятности. Ну, почти.

А как его боялся Освальд… да и я чутка. Пригрозил мне электрическим стулом. Любой бы обделался!