Книга Второй шанс Доктора. И вас, Драконы, вылечу!, страница 44 – Дианелла Кавейк

Слишком уж выдала себя. Освальд сузил глаза, но я сделала невозмутимое лицо.

— А зачем мне читать про чужие короны? Мне куда интереснее, как лечить диарею у простого крестьянина.

Он покосился на меня подозрительно, но промолчал. И слава богу. Если начнет задавать лишние вопросы, придется придумывать целую легенду, а я для этого слишком устала.

Да и не придумала ничего.

— Видно, ты читала только то, что касалось медицины и людей, — наконец сказал Освальд, опускаясь на потрепанный стул у изножья коек.

Я пожала плечами. Прямой ответ — это всегда попадание в ловушку вопросов, а ловушек у меня и так было выше крыши. Было проще выглядеть простушкой. До библиотеки доберусь — узнаю, что там написано. Более достоверный источник, чем сейчас сдать себя с потрохами. Ведь знания медицины и незнание истории точно вызовет подозрения. Я и без того весьма сомнительная личность.

— На самом деле никто не знает, как именно лечить драконов. У них масса преимуществ: регенерация, долгая жизнь, почти отсутствие старения. Бывают пары — тогда сила у них возрастает.

Я изогнула бровь. Регенерация, говоришь? Хорошо. Значит, где-то что-то ломается. Регенерация — не волшебная химия, а биологический процесс: деление клеток, факторы роста, иммунитет, питание. Если драконы, как он говорит, обычно «ремонтируют» себя лучше, значит, у них есть либо запасы ресурсов, либо специальные биологический механизм, который сейчас почему-то не срабатывал.

Что могло пойти не так? Токсин? Голод? Магическая блокада? Или элементарный дефицит витаминов и белка, как у простых смертных?

— Почему их регенерация не работает сейчас? — нервно поинтересовалась я.

Врач и натуралист — две половины моей натуры спорили, и обе требовали внимания. Освальд пожал плечами, его глаза затуманились от нехватки ответов.

— Это одна из загадок, — произнес он. — Их мало, и изучено все плохо. Людей изучали веками, драконов — выборочно, да и то легенды смешались с фактами. Бывает, что магия мешает регенерации — я видел такое. Бывает, что пища бедна на те элементы, которые им нужны. Бывает… — он замолчал, словно не хотел перечислять вероятности, которые могли бы меня привести в недоумение.

Я мягко улыбнулась. Что ж, тогда это плохо. Вдруг мы их лечили неправильно, и я бы сейчас отправила моих дрожащих чиновников на тот свет? Хотя, почему «мы», если «я»?

— Значит, методом проб и ошибок.

Он моргнул, как будто не ожидал от меня такого прагматизма.

— А что насчет пары? — спросила я, потому что иногда самые простые вопросы дают ключ к ситуации. — Если у дракона есть пара неподалеку, может, это даст эффекты: усиление регенерации, обмен биополем, что угодно.

Ага, люблю умные слова. Возможно, их сила даже не так работала.

— Пары у них нет, — ответил Освальд коротко. — Она бы присутствовала рядом. Они держатся вместе, когда пара рядом. А наши — одиночки.

— Значит, держатся вместе? — переспросила я, с прищуром глядя на Освальда. — Только не говори мне, что у них это работает как... брачный контракт на всю жизнь?

Он кивнул с тем достоинством, будто сейчас откроет мне смысл бытия.

— Да, точнее нет. Я не в курсе! Насколько мне известно — до самой смерти. Если у дракона есть пара, они связаны. На уровне магии, на уровне тела. Но главное — на уровне сердца. Они верны. Их любовь... вечна, — философски пробормотал он, глядя куда-то за окно, в сторону моря.