Книга Второй шанс Доктора. И вас, Драконы, вылечу!, страница 121 – Дианелла Кавейк

Я чуть не подавилась хлебом. Простите… что?!

— Вы же понимаете, что… слишком низкая смертность, — повторил он спокойно. — Учитывая, что предатель действует. А раз он действует, то должна быть кровь. Ужас в глазах. Паника.

— Угу, и желательно, чтобы людей вешали на площадях для пущего эффекта, — я не выдержала. — Вы серьезно? Жалуетесь на недостаточное количество трупов?

— Это показатель угрозы, — подал голос министр. — Без страха не будет подчинения.

— Без морали не будет империи, — прошипела я сквозь зубы, но с милой улыбкой, потому что, видите ли, этикет.

Эдгар медленно положил руку на мой локоть. Предупредительно. Дескать, не стоит. Следовало бы попридержать мне коней, но три коня уже помчали.

— Для справки, — я продолжила, — умерло уже больше пяти десятков. Из них пятеро — дети. Двое — беременные женщины. Полагаю, вы не учитывали их в статистике?

— Мы учитываем все, — холодно отозвался министр. — Но в рамках графика, утвержденного Императором, пока что идет отставание.

— И вы хотите… ускориться? — Данте поднял бровь. — То есть… вы хотите, чтобы умирало больше?

— Да, — хором отозвались двое.

— Шизанутые, — сообщил попугай. И я с ним была согласна, черт возьми! Реально шизанутые.

— Он вечно болтает глупости! Замолчи, тупая птица, или мы тебя сварим, — зашипел на него нотариус.

Да эта птица умнее, чем вы все вместе взятые.

А можно их случайно отравить из-за тумана? А вот попугая я оставлю. Он здесь единственное разумное создание.

Я чуть не схватилась за бокал, чтобы швырнуть. В кого-нибудь. Желательно в седовласого. Он казался самым легким на нокаут. Один удар и отправлю его передать привет бабуле.

— Мы решили остаться здесь, — сообщил Альберт Мерсий Лескен. — Пока предатель не будет найден. У вас есть все ресурсы. И наш надзор. Думаю, с нашей помощью вы точно уложитесь в график.

— Вы хотите контролировать расследование? — как бы лениво прозвучал голос Эдгара, но пальцы на бокале сжались. Он вообще не из тех, кто любил контроль. А кто его любит-то? Только страдальцы стокгольмского синдрома.

— Мы хотим контролировать результат, — усмехнулся кто-то из магов.

Вот черт! Это же получается, что я не смогу заниматься любимым делом, а мне придется сидеть ровно около драконов и никуда не дергаться. Я на такое не подписывалась, вообще-то. У меня тут свои дела! Мысль с отравлением уже не казалась какой-то запредельной.

Они не только будут следить за нами. Они будут вмешиваться. И ускорять. Я уверена, что еще и влезать начнут, раздавая ненужные советы, которые рано или поздно я им посоветую засунуть в одно место и поджечь.

— В течение недели вы должны представить доказательства и список подозреваемых. Нам плевать, как именно вы выполните наши условия. Главное — поскорее завершить эту шумиху, — добавил министр, отрезая кусок мяса. И у меня ком встал в горле, из-за чего тошнота подобралась неожиданно.

Обед-ужин, как его пафосно именовала его я, закончился так же быстро, как и начался. Все эти разговоры о «скорее ищите противника и убивайте всех» были настолько отвратительными, что я едва не разбила все тарелки. Когда последний гость исчез за углом, я скормила себе остатки пудинга и, не теряя ни секунды, выскользнула в коридор.