Книга Выжить. Вопреки всему, страница 93 – Ольга Кобзева

Марон не сводил с меня пристального, изучающего взгляда. Искал в лице… что? Признаки узнавания? Родственные чувства? Привязанность? Любовь? В любом случае, альшар недовольно сжал губы, с неудовольствием глядя на вошедших.

— Асана! — старшая все же не выдержала. Протянула руки ко мне, но шагнуть дальше не посмела. — Асана, дочка, — расплакалась она.

— Снимите алсары! — резко распорядился Марон.

Обе женщины поспешили повиноваться. Алсар — скрывающее лицо газовое покрывало. Обе спешно открепляли удерживающие зажимы. Полминуты — и алсары отброшены в сторону.

— И так не узнаешь? — не выдержал Марон моей апатичной реакции.

Я молчала, равнодушно рассматривая стоящих передо мной женщин. Лукавлю, не совсем равнодушно. Прямо сейчас перед глазами всплыло перекошенное лицо Аргуса Рандлантара, несостоявшегося женишка. А еще тот незабываемый вечер и события после… Постепенно равнодушие стало сменяться раздражением.

— Это твои мать и сестра, Алисана! Как ты можешь их не узнать? — разозлился Марон. Он явно ждал от меня другой реакции.

— Спасибо, — кивнула альшару, разглядывая женщин. — Я давно хотела их найти, но не могла.

— Асана, милая, — женщина заплакала, закрывая рот ладошкой.

Асана, милая? — закипала я. Где ж ты была, дорогая матушка, когда «Асана-милая» прозябала в Жахжене?

— Как я попала в Жахжену? — решила расставить все точки над i. — Вы ведь в курсе, что я там была, так ведь?

Переводила взгляд с одной на другую. Мать молчала, кусая губы. А вот ответ на мой вопрос был крупно написан на лице молодой бравинки — сестры.

Девушка опустила глаза, сжала несколько полос платья, не замечая, что мнет нежную ткань.

— Ты знаешь, как я оказалась в этом лагере, так ведь? — шагнула к ней. — Как тебя зовут?

— Тебе никогда не было до меня дела! — вздернула подбородок девушка. — Но не настолько же! Ты что, забыла имя старшей сестры?

— Отвечай, когда моя валиси тебя спрашивает! — стеганул словами Марон, но так, что даже я едва не подпрыгнула.

Валиси? Снова это слово. Давно уже пора выяснить, что оно означает!

Сестра только теперь побледнела, снова поклонилась Марону, складывая ручки на груди.

— Простите, повелитель, — прошелестела она. — Меня зовут Ильсаир, — сестра не подняла на меня глаз. Подозреваю, чтобы я не рассмотрела в них злобы, а может и ненависти. — Мне неведомо, как ты попала в Жахжену, сестра, — уверенно солгала она.

— Валиси ит Браниш! — поправил Марон. — Обращайся к моей избраннице достойно!

Стрельнула в альшара глазами. Он смело встретил мой взгляд. Он ждал его. Избраннице? — спрашивали мои глаза. Ответ я прочитала в сжатых губах, в упрямо выставленном подбородке, в потемневших глазах, в желваках, ходящих на его скулах. В этот момент я поняла, что мне не вырваться из этой золотой клетки никогда. Он меня не отпустит, просто не отпустит.

— Меня зовут Ильсаир, валиси ит Браниш, — покорно повторила сестренка несчастной Асаны.

Если сестра вела себя так, что ее истинные чувства легко угадывались, по матери такого не скажешь. Сама шагнула к ней ближе, сокращая разделяющее нас расстояние.

— Как вас зовут? — поймала встревоженный взгляд женщины. — Простите, но я действительно не знаю.

— Не знаешь? Как же это? — женщина растерянно оглянулась на Марона, на дочь.

— В Жахжене у меня выкачивали циниш, — решила пояснить. — Аравий, — назвала имя, пристально глядя на Марона, — взял слишком много. Я едва не отправилась к Великой Матери. Иногда мне кажется, что меня прежней уже нет, — посмотрела женщине прямо в глаза. — Я — больше не ваша дочь и сестра, теперь я Алисана Арахар иттани Ораш.