Книга Выжить. Вопреки всему, страница 130 – Ольга Кобзева

— Любить? — хрипло переспросил мужчина.

— Моя душа созвучна твоей, мое сердце бьется для тебя. Я тебя люблю, Марон! Не готова открывать глаза в мире, в котором нет тебя. Уж лучше тьма и безвестность, чем жизнь без души.

— Я люблю тебя, мой свет! — прижал мои пальчики к губам Марон. — Клянусь оберегать и заботиться! Клянусь прислушиваться и принимать помощь! Клянусь пройти свой путь рука об руку с тобой! Клянусь сделать тебя счастливой, моя валиси!

Вихря и свечения вокруг нас мы не заметили. Уже потом нам расскажут, что волна, выплеснувшаяся из храма была такой силы, что прошла весь Эришат насквозь. В каждом доме зарядились все артефакты, какие только были на острове. Каждый альшар почувствовал небывалый прилив сил и энергии. Шакти каждого восстановилась, наполняя источник до предела. По всему острову зажглись огни, а в небо взметнулись яркие всполохи. Но все это нам расскажут после…

А сейчас были только мы. Марон и я. Только нежность и ласка. Любовь и забота. Алтарь Богини, ставший ложем…

— Я слышу два сердца, халишер Вайрантир! — взволнованно выдал лекарь. — Простите меня, но я не в силах помочь.

— Убирайся! — прорычал Марон, гоня шарлатана прочь.

Нет, этого просто не может быть! — в ярости повелитель бравинов сжал металлический кубок с такой силой, что он превратился в кусок бесполезного хлама. Не может Великая Мать сначала подарить ему недостающую часть души, а после вырвать сердце из груди!

— Марон, в чем дело? — подошла к мужу, видя, что он едва сдерживает ярость, чувствуя его эмоции как свои.

— Мы справимся, жизнь моя, — поцеловал в лоб муж, стараясь унять эмоции. — Клянусь тебе, мы справимся. Если Великая Мать заберет тебя, уйду следом. Не хочу дышать без тебя. Просто не смогу…

— Да в чем дело? — вспылила, испуганная его состоянием. — Марон, ко мне один за одним ходят лекари. Ты уже и ирашских стал приглашать! Объясни наконец, что происходит? Что они говорят?

— Не нервничай, моя валиси, — муж притянул ближе, целуя.

— Да как я могу не нервничать, если ты скрываешь от меня что-то, а сам бесишься?

— Алисана, жизнь моя… лекари слышат два сердца, я и сам чувствую две души в твоем чреве, — с мукой в голосе выдавил Марон, закрывая глаза.

— И что? — не поняла. И правда не поняла. — Выходит, у нас двойня? Марон, ты что не рад?

— Двойня? Алисана, ты видимо не поняла. Помнишь, я рассказывал о деве, которая родила голыша с двумя головами. Оба погибли в муках.

— И ты думаешь, это наш случай?

— Я знаю, моя валиси. К сожалению, я знаю.

— Марон, у нас будет двое детей! — хлопнула несносного глупца по плечу. — Двое! Никто не умрет в муках, ясно тебе? — Ответом стал недоуменный взгляд. — Вы что, никогда не видели, чтобы у женщины рождалось сразу несколько детей?

— Но такого не бывает! — пораженно выдохнул Марон.

— Великая Мать, Марон, ты меня до сердечного приступа доведешь! — от облегчения даже ноги подкосились. — Хватит таскать ко мне лекарей, если они совершенно не разбираются в течении беременности! Мне поможет Ильшари. А в Острожье неплохо бы основать еще и лекарскую академию, готова даже стать подопытным кроликом, — проворчала недовольно, уходя в спальню.

— Подопытным кем? — ошарашенно прошептал вслед Марон.

После обряда в храме многие бравины изменили свое отношение и ко мне, и к переменам, что продвигал Марон. Не всё сразу, но постепенно, шаг за шагом, Острожье двигалось на пути прогресса и уважения к девам. Образовательный комплекс почти построен, первыми завершили жилые строения, чтобы переселить туда одаренных детей вместе с обслуживающим персоналом.