Книга Огненная Лилия для дракона. Часть 2, страница 58 – Ирина Агулова

— Привет, пап, — подойдя, как ни в чём не бывало, я ткнулась губами в небритую щёку. — Киран приходил?

— Приходил, — глухо произнёс тот, — и много чего рассказал… интересного. Хотя, не только он.

— Да, много чего произошло, но главное то, что всё хорошо закончилось. Пойдём, угостишь меня своими фирменными медовыми пышками, а я расскажу тебе подробности наших приключений.

— Пышки поедим в дороге, мы возвращаемся домой, — отец встал, подтолкнув ко мне дорожную суму, лежащую возле дивана, отчего сердце в груди сделало кульбит, прежде чем отправится в пятки. — Я тут собрал твои вещи, проверь, всё ли на месте.

— Как возвращаемся? А учёба, а твоя работа?

— Жили же как-то всё это время без учёбы и без этой работы, и дальше проживём. Поднимись наверх, проверь, ничего не забыл.

— Нет.

— Что, нет?

— Я никуда не поеду, — решительно заявила, скрестив руки на груди, — мне нравится здесь учиться, а тебе, помнится, ещё пару дней назад нравилось здесь работать. Что изменилось?

— Ты ещё спрашиваешь? — взревел отец. — А то, что за столь короткое время, пока мы здесь находимся, я дважды чуть не потерял дочь, это как? Мы возвращаемся домой и точка. Туда, где нет ни драконов, ни гаргулий, ни всей этой магии. Туда, где спокойно жили последние восемнадцать лет, и, дай Боги, проживём ещё.

— Спокойно? Ты серьёзно? Ты точно хорошо помнишь последние восемнадцать лет?

— Лилиэн, — рявкнул отец. — Хватит.

— Нет уж, ты вспомни — и про Марфу, и про Селивана, и про оборотня, напавшего на тебя, и прочую нечисть, которую вылавливает Скилур с ребятами чуть ли не каждый день — тролли там всякие, гоблины, живущие за хребтом. Это ты называешь спокойно?

— Но… — стушевался тот.

— Здесь мои друзья, здесь я могу научиться тому, к чему стремилась всю свою жизнь. Что же касается опасности… Она подстерегала нас на протяжении всей жизни. Я могла сотню раз свалиться с дерева, когда лазила за страстоцветами или диким мёдом, могла попасться в лапы того самого оборотня, который тебя чуть не отправил к праотцам, могла попасть под горячую руку Марфы или неудачно заглянуть в сад, когда там прогуливался наш сосед. Так что не надо меня убеждать в том, что там я была в безопасности, а здесь нет. Не притягивай за уши то, чего нет на самом деле.

— Прости, — прошептал отец, снова присев на диван и обхватив голову руками, — я просто так испугался, когда пришёл с работы, а тебя снова нет. Метался как раненый зверь по дому, корил себя, что позволил уговорить остаться. Драконы ещё эти высокородные прилетали, чушь какую-то несли про сущности и прочую белиберду…

— Кстати о драконах, — заведя руки за спину, я скрестила пальцы на удачу, собираясь сказать правду, — я люблю Родерика, а он любит меня. Рик хотел сегодня же просить у тебя моей руки, но я отговорила, решила сначала сама с тобой поговорить, подготовить, так сказать.

Отец вскинул голову, ошарашенно уставившись на меня. Встал с дивана, снова сел, опять встал…

— Может, всё-таки чаю с медовыми пышками? — поинтересовалась я, чтобы немного сориентировать шокированного родителя.

— Боюсь, тут одним чаем не обойтись, — едва слышно пробормотал он.

Фух, кажется, обошлось.

Разговор, во время которого отец неоднократно плескал себе в чай какую-то настойку, затянулся до глубокой ночи. И если сначала родитель ещё пару раз порывался меня переубедить, то потом — то ли успокоился, узнав подробности, то ли чудодейственная настойка оказала на него такое благотворное влияние, но, так или иначе, на семейном совете было принято решение, что мы всё-таки остаёмся и он готов выслушать Родерика.