Книга Огненная Лилия для дракона. Часть 2, страница 30 – Ирина Агулова

— Мама… — голос сорвался, поэтому пришлось откашляться, чтобы продолжить, — она не говорила, что могло стать причиной её недуга? Было хоть какое-то предположение?

— А как же, было, — отец оскалился, напомнив раненого зверя, и сжав ладони в кулаки, ударил по столу, отчего чашки жалобно звякнули. — Скайра говорила, что повинен тот, от кого она сбежала, кто обманом завладел её сердцем и заставил понести. Властитель. Так она его называла, — родитель замолчал, пытаясь справиться с яростью, что кипела в его груди, но спустя пару секунд продолжил. — Твоя мама стала чахнуть буквально на глазах, и однажды сказала, что видимо этот монстр нашёл способ воздействовать на неё с помощью тёмного ритуала, скорее всего через какую-то личную вещь, из-за чего жизненная энергия уходила из неё по капле, пока не осталось ничего.

— Почему он так поступил?

— Не знаю, — глухо ответил тот, кто воспитал меня как родную дочь, тот, кто заботился обо мне, не спал ночами, когда я болела, рассказывал сказки, в общем, любил и оберегал.

— Потому, что был и остаётся мерзким самовлюблённым чудовищем, готовым ради власти и силы на всё, даже на гибель собственных детей, чьей силой он и подпитывался все эти годы.

В дверях кухни стоял лорд Элворд собственной персоной, с подносом съестного в руках. Значит, Рик не придёт. От этой мысли почему-то стало горько, и тоска прошлась хлёсткой плетью по сердцу.

Не осознавая того, я ждала своего блондинистого дракона, надеялась снова увидеть. Зачем, если не собиралась с ним встречаться? Ответа на этот вопрос у меня не было.

— И, кстати, с возвращением, потеряшка, — пройдя, Сумеречный поставил поднос на стол.

— Спасибо, — кивнула в ответ, надеясь, что расспрашивать меня лорд сейчас не станет, поскольку усталость давала о себе знать, да и рассказ отца оставил неизгладимый след, вскрыв застаревшие душевные раны.

— Вижу, что тебе тяжело, знаю, что слушать подобное неприятно, — словно почувствовав моё состояние, произнёс лорд Элворд, — но лучше знать правду изначально и не тешить себя глупыми надеждами по поводу каких-то родственных чувств, которыми этот Властитель якобы может к тебе воспылать.

— У меня уже есть отец, — ответила я, под вздох облегчения со стороны родителя, — и другого мне не надо.

— Вот и хорошо, а теперь рассказывай, что с тобой произошло на самом деле.

Эх, похоже, моим чаяниям не суждено сегодня сбыться.

* * *

Разговоры разговорами, но отец решил, что сначала мне нужно поесть, заметив голодный взгляд, направленный на принесённые блюда. И я была этому только рада, поскольку смотреть на исходящие паром отбивные, распространяющие по кухне пряный мясной аромат, уже не было сил. Хотелось вонзить зубы в подрумяненный кусочек и почувствовать его сочную мякоть. Между прочим, жареная картошечка, золотистой горкой лежащая на тарелке, посыпанная мелко нарубленной зеленью, тоже манила попробовать её на вкус. А салат… В общем, чуть не подавившись слюной я принялась за поздний ужин… или ранний завтрак… В общем, голодной я не осталась.

Ловко работая ложкой, не обращая внимания на внимательные взгляды, направленные на меня, я запихивала в себя принесённое лордом съестное — и отбивные, и гарнир, и салат, постепенно насыщаясь, а заодно обдумывая, что стоит рассказать, а о чём лучше промолчать. Причём, Сумеречный терпеливо ждал, что было ему не свойственно. Но когда дело дошло до чая, лёгкое покашливание заставило меня вспомнить о заданном вопросе.