Книга Душа без признаков жизни, страница 119 – Софи Баунт

Шелли запищала. Он прижал гидру крепче к груди. Ветер захлестал по лицу. В ушах — свист. Коса белых волос растрепалась.

Высота от верхней платформы древа до земли — два километра. Чтобы не разбиться, прикладываешь огромные энергетические усилия, но мощь гравитации Глэм преодолевает почти играючи.

Память у него может и дрянная, зато сил — хоть на межгалактическую войну.

Он приземлился у входа в висячие сады. Пятки утонули в мягкой траве, покрытой росой. Запах апельсинов и клевера, желтая пыльца и листья — носились в воздухе, манили заглянуть в уютную чащу.

Сады растут пышной копной рядом с древом. Реки проходят их насквозь, создавая бесчисленные разветвления, и впадают в соленый океан. Непроглядно-глубокий. Гламентил любил этот дистрикт больше других. Здесь приятно медитировать.

Раздался всплеск.

Несколько душ нырнули с платформы в воду. Однажды Глэм сам окунался в теплые глубины океана — мягкие и ласковые, будто сапфировый шелк, — надеясь получить ответы от Творца, но в уши скользила тишина.

Легенды гласят, что Творец внимает зову своих детей в океане, омывающем мшистые берега у древа Обители, но за всю жизнь, лишь раз Глэм слышал о том, чтобы Творец реагировал на мольбы.

— Неужели вспомнил, что у тебя есть сын на Мрите? — спросила Лилиджой с лучезарной улыбкой и откинула со лба волнистую синюю прядь.

Когда валькирия повернула голову, у Глэма настырно задергало внизу живота. Она сидела в горячей воде. Обнаженная. В одном из каменных бассейнов с зеркалом напротив.

Портальные зеркала установлены по всей территории садов, с их помощью высшие следят за своими детьми и подопечными.

Благоухающий розами пар исходил от бассейна. Синие волосы распались по плечам валькирии и плавали на поверхности водной глади, пока она внимательно наблюдала за парнем в отражении зеркала.

Ее сын. Стас. Бывший друг Андриана. Когда они встретились, Глэм познакомился с Лили. С того дня он посещал сады как можно чаще.

— Твой Стас похитил любимую Андриана, — заметил Глэм и сел на борт бассейна, пробуя взглядом изящное женское тело, до груди скрытое под водой и пахнущее орхидеями. — Изнасиловать думал.

Может, и мне тебя похитить? Вкусы женщин бывают невероятно специфичны…

— Стас скучает по другу, чувствует себя виноватым, и хотел его увидеть. А что до Марлин… Она ему понравилась. Не собирался он ее насиловать. Просто… игрался. Как обычно.

— Интересные развлечения у твоих детей.

Глэм засмеялся. Лилиджой закатила фиолетовые глаза — неприступные и манящие, точно плоды древа жизни, прекрасные, как каждая черта ее лица и фигуры. Сказочное существо. Невыносимо притягательное… На валькирий можно смотреть вечно, любоваться, будто произведениями искусства, к ним прикасаешься с трепетом, утопаешь в ярких глазах, боишься спугнуть, от них можно стать зависимым наркоманом — подсесть на горячую энергию, которую они передают тому, кого полюбили. Они способны сделать героем. Способны увеличить огонь внутри тебя.

Он облизал губы, искоса наблюдая, как Лилиджой вылезла из воды. Как горячие капли стекают по телу... Медленно… Девушка встряхнула синими волосами и накинула белый плащ.

— Мы с Христи не готовы к сестре или брату, так что на нашу мать не смотри, — послышался голос сверху.

Подняв голову, Глэм заметил двух рыжих девушек. Близняшки? Различались они только по цвету одежды и прядей. Одна во всем розовом. Другая, подавшая голос, — в голубом. Девочки сидели ярусом выше на пьедесталах в стене.