Книга Укротить дьявола, страница 75 – Софи Баунт

— Ужасно.

— Я помню, как он смотрел на тебя в прошлом году, в воздухе прямо искры летали. Забыл он тебя или нет, ты ему нравишься. Все наладится.

— Да ты сам в это не веришь.

Автомобиль останавливается у обочины.

— Зато знаешь, во что я верю? – ребячески заигрывает Виктор. – В силу женского обаяния.

— Чего, блин? Зачем мы сюда приехали?

— Ответ на твой вопрос сидит за вон тем столиком, – Виктор указывает на окно кофейни.

Я замечаю Иллариона Фурсу, который пьет кофе, откинувшись в кресле.

— Делом маньяка занимается Илларион, – объясняет Виктор. – Он знает детали. Но меня он терпеть не может, так что добыть информацию у него целая проблема. Сможешь войти в доверие?

— Ты издеваешься?

— Давай, солнце, я в тебя верю.

— Почему я?

— Ты ему нравишься. Я такие вещи сразу подмечаю. Если пофлиртуешь, у него кровь из головы к члену перельет. Просто попробуй невзначай узнать, какие улики он успел накопать. Мне кажется: он что-то недоговаривает. Понимаешь… я не сомневаюсь, что Фурса тот еще взяточник. Не удивлюсь, если его подкупили и он закрывает на что-то глаза. Выведи его на разговор. Если Фурса по глупости что-нибудь ляпнет, я смогу завести на него дело…

— Виктор!

— Что? – невинно пожимает плечами Шестирко. – Он мерзавец, солнце. Поверь мне. Не жалей его. Не болтай лишнего. И вообще, будь аккуратнее с ним, обо всем мне докладывай.

— Во-первых, я не хочу в это лезть, а во-вторых, с чего вдруг кто-то поверит моим словам?

Виктор складывает ладони в умоляющем жесте.

— Включи диктофон на телефоне. Я бы дал прослушку, но смысла нет ради десяти минут разговора. Положи телефон в карман, да и все. И не волнуйся, я буду неподалеку. Веселее!

Я злобно сужаю глаза.

— Ты не отстанешь, да? – безнадежно вскидываю руки. – Ладно, я попробую поговорить с ним. Ради Лео.

— Звучит обидно, но ладно. – Он величественно возносит ладони к небу. – Кто я, и кто Леонид. Сам Леонид! Предмет воздыхания школьниц.

— Не завидуй.

— Весь такой важный, альфа-самец, а в постели он тоже любит доминировать? Или ты бьешь его хлыстом?

— Я сейчас тебе врежу… и совсем не хлыстом.

Показываю ему свой грозный кулак. Виктор демонстрирует испуг и целует мое серебряное кольцо на указательным пальце.

— Ты дурак? – смеюсь я.

Виктор хихикает, достает из своего пальто деньги и кладет мне в карман плаща.

— Когда поговоришь, купишь нам обед и кофе, на твой вкус, – подмигивает он. Янтарные глаза блестят в лучах солнца. – У них есть пирог с сыром сулугуни и зеленью, советую. Обалденный!

— Куплю тебе пакетик с сахаром. И хватит.

— Как муравью?

— Как тому, кто меня уже достал своими поручениями!

Виктор хватается за сердце, будто я спровоцировала у него инфаркт, а потом треплет меня за щеку, как щеночка. Бурча и отбиваясь, я выползаю из «Мерседеса».

Бледное солнце, не сумевшее до конца пробиться сквозь тучи, повисло на сером небе желтым шаром, влажный ветер подхватывает края моего голубого плаща.

Я захожу в кафе.

В помещении пахнет сладкой выпечкой. Особенно яблочным пирогом. Официанты сплетничают у барной стойки и даже не замечают меня. Я включаю диктофон, подхожу к Фурсе, который смотрит видео в телефоне, и говорю:

— Какая встреча. – Улыбаюсь так, что сводит зубы.

Черт, переигрываю.

Брюнет с кучерявыми волосами и в черных круглых очках поднимает голову. Он носит очки даже в помещении. На нем длинный кожаный плащ. Фурса держит в руке красный стакан с капучино и скалится с видом, словно знал, что эта встреча случится.