Книга Укротить дьявола, страница 47 – Софи Баунт

Лео берет меня на руки и несет дальше.

— Обхвати крепче мою шею и пригнись, а то ударишься головой, – просит он.

Я слушаюсь и, несмотря на боль в ноге, с каким-то наслаждением вдыхаю осенний запах, смешанный с древесными духами и шоколадом. Этот аромат заставляет меня отключаться от мира.

Моя сладкая нирвана… как же я по тебе скучаю… и почему вселенная связала мое душевное спокойствие с жизнью подле убийцы?

— К-куда мы идем? – заикаясь, спрашиваю. – Ты выведешь меня на улицу?

— Не сегодня, – загадочно заявляет он.

Лицо адвоката так близко, что в просветах я вижу его эмоции. Лео насторожен и подавлен, но скрывает настроение за саркастичной маской.

— Тогда куда мы?

— В мою спальню.

— Нет!

Перед глазами вмиг возникает миллион воспоминаний… нет, нет, нельзя мне туда. Я с ума сойду.

— Боюсь, тебе придется остаться со мной, Хромик.

— Доброе утро, принцесса.

Ева переворачивается, отрывает голову от подушки и моргает, зевая. Золотые волосы растрепаны. Под глазами темные круги от черного карандаша. Губы после сна выглядят очень пухлыми, девушка еще и надувает их, соображая, где оказалась.

Потом она видит меня… и замирает.

Я сижу в кресле второй час. Не то чтобы мне нечем заняться – твою мать, какой там, по делам о шпионаже все сроки горят, но я так ждал возможности поговорить с Евой, что хожу над спящей красавицей с шести утра. Слишком много вопросов. А мой мозг устроен таким образом, что я не могу ни спать, ни есть, пока не найду ответ… ладно, с едой погорячился.

— Ты? – сочно-зеленые глаза Евы широко открываются.

— Я… – улыбаюсь с поклоном.

— Мы… – Она осекается, воображая что-то интересное, но не то, что на самом деле, затем проверяет присутствие на себе одежды, выдыхает.

Мм, она и правда об этом подумала? Забавно. Но где я, и где случайный секс по пьяни. Тем более с Евой, господи…

Пока она крутит головой, соображая, чем лучше меня прирезать, я вспоминаю, как в прошлом году увидел ее в резиденции… тот момент, когда осознал, что она жива, она передо мной. Тогда мою больную душу, измученную и скорбящую столько лет, словно озарило светом. Мне в жизни не было больнее. И я никогда не был до такой степени счастлив.

Она жива.

Она здесь…

Настоящая!

— Вы, – продолжаю я. – Он. Она. Они. Твоя очередь вспоминать местоимения.

— Где я?

Она снова смотрит на меня.

В этой комнате нет ничего, что можно использовать как оружие, и Еву это печалит. Широкая кровать с высокой спинкой и голубой подсветкой. Шкаф с домашними штанами и футболками. Комод с носками. Тумбочка. Пустые стены. На полу две бегонии – с красными цветками и желтыми, на горшках нарисованы глаза. Мои верные собеседницы в период приступов галлюцинаций. Когда меня здесь нет, я оставляю их наверху, где есть окна.

— Ты в моей постели, – подмигиваю я.

Да, надо бы напомнить ей, как она оказалась у меня дома, но выражение на лице девушки стоит того, чтобы растянуть веселый момент.

— Это не твоя квартира, – моргает она, поглаживая золотистую прядь своих волос.

— Это подвальная комната в моем доме за городом, так что через окно сбежать не получится, – улыбаюсь и очерчиваю рукой комнату. – В этой обители я прячусь от мира.

— Ты меня похитил? – неуверенно спрашивает Ева и поджимает колени к подбородку.