Книга Укротить дьявола, страница 117 – Софи Баунт

— Откуда он? – шепчу, пока Лео и Василий ругаются у окна.

Элла кивает на телефон у меня в кармане, сжимает ткань своего серого больничного платья, а потом качает головой, словно хочет предупредить о чем-то важном. Я пытаюсь вернуть браслет, но она его не принимает.

Кажется, просит меня унести его?

Почему?

Я поджимаю губы.

Лео и Василий по-прежнему спорят. Я чувствую себя лишней и встаю, чтобы уйти, но случайно задеваю подушку.

Подушка шлепается на пол. Я тарахчу извинения, отряхиваю ткань. Когда кладу обратно, то замечаю, что у края матраса лежит телефон. Странно. С каких пор в психиатрических клиниках разрешены телефоны?

Элла вдруг хватает меня за запястье и смотрит так измученно, словно я моряк, который нашел ее посреди океана и помогает взобраться на лодку. Мать Лео чем-то напугана. Ее ногти больно впиваются мне в кожу.

— Вы боитесь? – едва слышно спрашиваю я.

Однако Элла – словно кто-то вмиг переключил канал у нее в голове – возвращает лицу отстраненность, уходит в себя и вновь упирается взглядом в пол.

Не понимаю.

Она хочет меня о чем-то предупредить?

Наверное, стоит вспомнить, что я в психушке, да… Элла болеет шизофренией. Как еще она будет себя вести? Шизофреники постоянно кого-то боятся: то пришельцев, то людей-кактусов; паранойя преследования – один из первых симптомов начала заболевания. И все же… этот дурацкий браслет… где она его взяла? И почему хочет от него избавиться?

Никто не обращает внимания, что я выхожу из палаты. Лео и Василий выясняют отношения. Элла тонет в своей голове.

По коридору носятся несколько медсестер. Я чувствую запах лекарств, которые они несут на подносах, и слышу скрип досок под ногами. Где-то снизу кричат женщины. Вероятно, друг на друга. В соседней палате кто-то поет про трех белых коней высоким, истеричным голосом.

Надо бы завтра найти Макса. Спрошу у него про эти браслеты и про дурацкое приложение «Пеликан».

Элла не разговаривает много лет, но что мешает ей пользоваться телефоном? Браслеты не могут быть просто совпадением, они как-то связаны с приложением.

Второй вопрос: за пациентами клиники вообще кто-нибудь следит?

Я уже собираюсь отправиться к главному врачу, чтобы задать этот вопрос в лоб, но отвлекаюсь на уведомление в телефоне.

У тебя слишком много секретов, Эмилия. Секретами нужно делиться.

Какого хрена?

Опять неизвестный номер!

Я округляю глаза.

О. Мой. Бог.

Снова он?

Старалась не думать о маньяке, и он сам решил напомнить о себе?

Господи…

Я упираюсь плечом в стену. По телу проносится холодная волна, и я теряю равновесие. Сдавливаю в руке телефон, не отрывая взгляда от экрана.

А если это чей-то розыгрыш?

Вдруг я преувеличиваю?

Ага…

Кто-то пишет мне сообщения с нотками шизульки и оставляет послания на зеркалах, причем не только мне, но и Лео – а Кровавый Фантом именно так и преследует жертв перед смертью. Конечно, что здесь преувеличивать?

Новое уведомление.

Только я смогу тебя успокоить.

Все мои органы окончательно покрываются льдом и останавливаются.

Какого дьявола?

Хорошо, о посланиях жертвам я слышала, да. Но не о переписке. Видимо, какой-то придурок хочет меня напугать. Зато Лео точно преследует маньяк, он ведь забрался к нему в дом и разрисовал зеркало. Возможно, явился, чтобы убить Лео, но там оказалась я, и он решил прийти попозже?