Книга Демонхаус, страница 117 – Софи Баунт

— Боюсь представить, какое хреновое было зрение у той, кто когда-то обратила тебя, – замечает Ричард. – Скажи честно, она была слепой?

Виса прокручивает волнистое золотое кольцо на одном из своих пальцев.

— Она вырастила меня для этого, – задумчиво ведает он. – Подобрала меня на улице ребенком, полудохлого, больного и голодного, забрала к себе и растила как своего будущего мужа. Она была богатой, влиятельной женщиной. Меня учили любить все, что любит она, учили, как доставлять ей удовольствие, и так я существовал, пока в двадцать шесть лет она меня не обратила.

— И где твоя жена сейчас? – уточняет Катерина.

Виса делает глоток из нового бокала.

— Я ее сожрал.

Все переглядываются.

— Как и свою справку от психиатра, видимо, – бормочет Рон в стакан с ромом.

— История любви, достойная Оскара, – смеется Ричард.

— Ах, а я надеялась услышать что-нибудь стгастное, – грустит Зои, – уже вся загогелась.

— Ты загорелась, потому что залезла локтем в свечку, – сообщает Рон.

Зои взвизгивает, но Сара вмиг тушит рукав девушки, и ожога не остается.

Больше ни у кого комментариев относительно истории Висы не находится, в том числе и у меня.

Впрочем, Зои, которая расстроена из-за испорченного свечкой розового платья, быстро возвращается к прошлой теме и донимает Сару:

— Ты положила сотню мужчин, гади этого! И забегешь тайну с собой в могилу? Нечестно! Das Miststück!

Сара скрещивает руки на груди и окидывает всех ледяным взглядом.

— Я думаю, эта тайна так кровожадна, что наша любимая верховная не хочет портить вашу веселую жизнь, – поясняет Катерина. – Возможно, придется продать душу Сатане и… трудиться на него веками. Ты хотела бы подобной участи, Зои? Заткнитесь лучше. Не портите праздник. Вот-вот наступит Новый год! Так давайте встретим его не с кислыми рожами. Еще один вопрос о бессмертии Сары, и я лично наведу на вас порчу!

Иларий подсаживается ко мне.

— Они не знают? – шепчу ему на ухо.

— Нет.

Сара нервно стучит ногтями по ручке дивана, и я понимаю, что лучше всего – по крайней мере, сейчас – не спрашивать ее ни о чем. Да и так ясно. Ковен не знает о Волаглионе. И неудивительно. Все думают, что Сара убивает мужчин, потому что знает ритуал, дарующий бессмертие. Ее боятся. Если узнают о Волаглионе, она потеряет уважение, ведь она его рабыня. Однако… Виса и Катерина явно в курсе ситуации.

Эмилия пытается заполнить молчание светской беседой, улыбается – и все парни тают, она напоминает прекрасную русалку, под чары которой попадают моряки. Макс хлопает по коленям в такт фоновой музыке и начинает подтрунивать над Эмилией. Когда ей это надоедает, она достает ленту из своего платинового пучка на затылке, и в тот же момент лента оживает, окольцовывает кисть Макса, сдавливает его пальцы до посинения.

— Злобная ведьма! – кричит Макс и читает заклинание, поджигая собственную ладонь.

— Очень даже милая, – негромко смеется Менестрель.

На его губах улыбка, но она совсем не красит лицо; напротив, вызывает у всех смятение. Я же вновь замечаю силуэты рядом с Менестрелем. Кажется, что вокруг хриплого колдуна сгущается воздух.

Вампир вскакивает на ноги, выплескивая на мои брюки вино из бокала и улыбаясь во все зубы. Я едва сдерживаю очередной порыв зарядить ему ногой в челюсть.

— Выпьем за прекрасную хозяйку дома, которая радушно приняла нас этим вечером! – Виса тянет Сару за руку, целует ее ладонь.