Книга Огни Эйнара. (не)настоящая, страница 202 – Магда Макушева

Потому что накопившемуся внутри требовался выход.

Потому что мне требовалось снова ощутить собственную силу целиком, как основу моей настоящей сущности.

Нужно было вспомнить, что я умею лишь терпеть, выбирать и лавировать, но и бить в ответ не только словами, но и кулаком.

— И что дальше?

— Я хочу, чтобы ты перестала врать себе, — прошептал мой соперник. — Ты пламя, Ши-ар. А пламя нельзя запереть в клетке. Рано или поздно ты все сожжешь.

На одно мгновение между нами повисла тишина, в которой мы оба задыхались от близости, которую невозможно было игнорировать.

— Иди ты в бездну! — прохрипела я.

— Я уже давно там, — он прикрыл глаза на секунду, словно пережидая новый приступ боли. — В эпицентре самой жаркой бездны. С тех пор как встретил тебя, мое Огненное жало. Ты мой приговор.

Он наклонился ближе. Горячее дыхание скользнуло по моей коже, заставляя волоски на шее встать дыбом.

Я могла оттолкнуть его. У меня еще оставалось достаточно сил на один точный удар, который бы меня освободил. Можно было сделать это ради самой себя, в конце концов.

Да, я жаждала реванша, но... не такого.

Поэтому просто... не стала делать совершенно ничего.

Когда губы Тайрека коснулись моей шеи и замерли там, я не отступила. Наоборот, зажмурилась, чувствуя, как внутри что-то окончательно трескается.

Я не сдавалась и не считала себя победительницей.

Хотя должна была признать, что капитуляция все же случилась. В каком-то, совершенно не боевом смысле.

Плейлист под который автор писал эту главу:

The Score — Legend

Hidden Citizens — I Ran

Tommee Profitt, Zayde Wølf — Hero

Pvris — Burn It All Down

Besomorph, Riell — Monster

Fleurie — Hurts Like Hell

Poets of The Fall — Carnival of Rust

_______________

Планета Эйнар, Лиарен

Майя Бриг

Капитуляция — это когда бой заканчивается. Когда кто-то опускает руки, отводит взгляд и признает чужую победу.

У нас все вышло иначе.

Схватка просто сорвалась с привычной оси и ушла куда-то глубже, в ту плоскость, где удары уже ничего не решают. Захваты продолжились, тяжесть тел тоже, злость никуда не делась, но под ней вскрылось нечто другое, гораздо более опаснее и голодное.

Что-то, что невыносимо долго сидело взаперти и теперь вырвалось на свободу.

Тайрек не дал мне ни секунды передышки.

Он вжал меня в маты всем весом, жестко и бескомпромиссно. Его ладони впились в мои плечи, колено раздвинуло мои бедра, сбитое дыхание било в лицо горячими рваными толчками.

Я чувствовала его целиком, каждую напряженную мышцу, каждую искру на коже, и его первозданную мощь, которую он уже не особенно пытался скрывать.

— Ну же, — прорычал он мне в губы. — Борись со мной. Не смей сдаваться!

В его фразе было столько натянутой боли, что это прошило меня сильнее любого удара.

Я рванулась вверх, обхватила аль-тура за шею, дернула к себе за волосы и резко и отчаянно поцеловала, врываясь языком с его рот.

На вкус Миротворец оказался как весь этот вечер: соль, пожар, адреналин, что-то металлическое на языке, будто воздух между нами и правда искрил.

Тайрек глухо застонал мне в губы, и от этого звука внизу живота рвануло так резко, что на миг я потеряла ощущение границ собственного тела.

Мы перекатились по арене, цепляясь друг за друга с прежней яростью, только теперь я уже не понимала, где заканчивается драка и начинается все остальное.