Книга Медвежий капкан. Травница, страница 81 – Александра Неярова

Ивар поднял руку, призывая к тишине. Лицо его исказилось, будто он боролся с самим собой.

— Приговор вынесен. Закон есть закон.

Я усмехнулась. Горько, но без злобы.

Стражники подвели меня к костру. Один из них начал привязывать мои руки к столбу. Я не сопротивлялась.

Только пытливо всматривалась в черты на Ивара, искала в его глазах хоть искру сомнения, хоть тень прежней теплоты. Но он не смотрел на меня.

— Ивар… ай, – тихо шепнула я и охнула от боли, когда верёвки перетянули запястья.

Его остекленевший взгляд был устремлён куда‑то вдаль, будто он сам пытался отгородиться от того, что происходило.

— Закон… – повторила я, перейдя на сбивчивый шепот. – А где же справедливость? Ты когда‑то говорил, что медведь в тебе чувствует правду. Так почему сейчас он молчит?

Он вздрогнул, но не повернулся. Губы сжал в тонкую полоску, но так и не ответил.

Его глаза на миг вспыхнули янтарным отблеском, но тут же погасли. Он отступил, будто не мог больше смотреть на меня, находиться рядом.

— Зажигайте уже огонь, – не выдержала Желанна, а Ивар кивнул кметям и отвернулся от меня.

Стражники шагнули к костру, поднесли факелы. Сухая солома затрещала, пламя взметнулось высоко и с жадностью принялось облизывать брёвна.

Жар ударил в лицо. Укусил щиколотки и открытые участники тела, но я не отвела взгляда от сгорбленной спины воеводы.

Борись с колдовством Ивар! Ну же!

Плечи воеводы ходили ходуном, жилы вздулись, но не выходило у него победить в одиночку злую ворожбу, завязанную на кровавых жертвах.

Атрей… где же ты? Смог ли добраться до дружины Ярослава?

Мой ведовский дар не откликался, как я не звала, ослабленный темной ворожбой.

В упадническом настроении вчера я поздно поняла, что за ужин мне принесли – заговоренный на подавление силы.

Подстраховалась змея. Основательно готовилась избавиться от соперницы.

Пламя вокруг меня вилось стеной, полное концентрированной злобы. Едкий запах гари забивал лёгкие, вызывал раздирающий грудь кашель и слезы.

Светлые боги, рассудите! Никогда я так не молилась, как в эту минуту глубокого отчаяния.

Помогите мне…

Ужас сковал внутренности, липкие щупальца оплели паутиной. Дикий страх прокатился иглами вдоль хребта, заполнил лёгкие до краёв, лишая дыхания.

Сердце грохотало набатом. Одежда взмокла от пота. Я не хотела умирать.

Воздух дрожал. Треск дров и рёв пламени оглушали. Минуты текли одна за другой, растягивались в вечность.

Мысли, сожаления, обиды всё смешалось в опустевшей голове.

Неужели я всё-таки погибну здесь?

Я зажмурилась, глаза и лицо опалило невыносимым жаром.

— СТОЙТЕ! КНЯЗЬ ЕДЕТ В ТЕРЕМ!!!

Внезапно звонкий крик вперемешку с лошадиным ржанием сотряс воздух.

Все обернулись. По площади на сером жеребце скакал Атрей, люди разбегались из-под копыт, уступая дорогу. Его волосы растрепались, плащ порван, в руках он сжимал что‑то, завёрнутое в ткань.

— Немедленно гасите огонь! Я принёс доказательства невиновности Таяны!

Выкрикнул он, на ходу бесстрашно соскочил на землю под всеобщие вздохи и устоял.

— Это Желанна! Она отравила Любаву! Она всё подстроила!

Толпа замерла. Ивар шагнул к Атрею, брови воеводы сурово сошлись на переносице.

— Мальчик, ты понимаешь, что говоришь? – угрожающе буркнул.

Но Атрей не отступил. Он сорвал ткань, обнажив мешочек с травами и пергамент с рунами.