Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 69 – Олеся Рияко

Вокруг нас были сплошные тропические дебри, казалось, совершенно без каких-либо ориентиров. Но киранцы двигались вполне уверенно, даже не сверяясь с картами. Будто знали наверняка, где упал мой корабль.

Вокруг нашего маршрута всё цвело и дышало сочной зеленью. Настолько яркой, что когда я поднимала глаза к чистому голубому небу, в них рябило. Воздух в лесу был влажным, немного душным, наполненным жаром тропического солнца и насыщенным ароматом трав и цветов.

Из-за дневного зноя кожа словно бы покрылась липкой испариной, но мне всё равно было хорошо. Такая влажность и солнце мне нравились намного больше, чем искусственное освещение и сухой прохладный воздух на космической станции. Это немного напоминало мне о моём детстве в Австралии… Только воздух там был суше и пах океаном даже за километры от него.

Впереди шёл Рэвул с небольшим камуфляжным рюкзаком, который собрал для нас Рину. Из боковых карманов торчало два объёмных термоса, но Рэвулу вряд ли было тяжело. Я уже поняла, что из них двоих он самый сильный, хоть и брат не особо ему уступал. Это было понятно как минимум по тому, с какой лёгкостью они вчера таскали по лесу шестидесятикилограммовую меня и ещё тушу здоровенной змееголовой гиены, даже не запыхавшись.

Я шла в центре, Рину замыкал колонну и постоянно болтал. В основном рассказывал о растениях, которые мы проходили в пути, искренне восхищаясь теми или иными их свойствами, или просто делился интересными фактами из мира местной дикой природы.

Не скажу, что это утомляло. Даже наоборот. Мне было интересно узнать что-то новое о совершенно незнакомой обитаемой планете. Тем более рассказывал он о ней очень интересно, с искренней увлечённостью знающего человека. А острые комментарии Рэвула, которые тот давал редко, но метко, чтобы хоть немного опустить разошедшегося доктора наук на землю, только добавляли этим рассказам перца.

— Рину, не представляю, как ты запоминаешь все эти сложные названия… У меня бы наверно голова лопнула, если бы я хотя бы попыталась.

Рэвул громко прыснул от смеха.

— Так всё просто Ив! Он же сам их и придумал!

Я обернулась к недовольно прищурившемуся Рину.

— Придумал?

— Ну да. — Беспечно сказал он. — А что тебя удивляет? Я их открыл, я их описал, значит, мне и название давать. Твой выпад был бы засчитан, Рэв, если бы я не подвёл ко всему этому научную базу. Знаешь, сколько у меня монографий про покрытосеменные и цветковые накопилось? Вот увидишь, вернёмся на Кира́ , мне в Ванунзеноте академика присвоют со всеми почестями. Да я в историю науки с ноги войду, благодаря одному только открытию половой диффузии клубнеплодных в условиях реактивных сред!

— Ужас… — С искренним беспокойством прошептал Рэвул. — Если этому зазнайке дадут академика, он ведь вообще затыкаться перестанет… Лучше навсегда оглохнуть, честное слово.

— Эй! О чём вы там шепчетесь?

— Обсуждаем с Рэвулом барбекю на ужин. Я бы хотела попробовать гигозавра. — В шутку сказала я.

— Чтобы попробовать гигозавра, его для начала надо поймать и убить. — С довольной усмешкой поддержал меня Рэв. — Это не так-то просто, Ив Сандерс. Они чрезвычайно умные крупные рептилии и охотятся в заводях рек. Здесь наскоком не взять, нужна хорошая крепкая ловушка и много сил, чтобы завалить этого зверя.