Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 334 – Олеся Рияко

— О, веснушка, — коварно улыбнулся Рину. — Ты когда нибудь слышала что-нибудь о тайбинге?

— О, нет... — болезненно простонал Рэвул и без сил уткнулся мне в плечо.

***

— Вечеринку… — Расплылся в хищной улыбке Рину. — Было бы неплохо продемонстрировать, что мы способны громко реализовать свои угрозы, прежде чем просто грозить. А есть что-нибудь пободрее этой колыбельной, которая только что играла? Она не подходит для вандализма.

***

— Триптозёры с плодов дерева Бугок… — просипела я, зная, что не могу ошибаться.
Рину поджал губы и медленно кивнул.
А сверху над нами издевательски тренькнула балалайка.
— Благодарю за пополнение моего запаса терминов и самоназваний, капитан! — как ни в чём не бывало радостно сказала Катюша. — Я очень люблю узнавать что-то новое!
Это всё было словно какой-то сюр…
Рэвул подошёл сзади и осторожно положил руку на моё плечо.
— У них не было шансов, Ив. Они не знали. Мне жаль.

* * *

— О-у… Я не плачу, это просто конденсат от жара вашей любви на глаза выступил. — Весело сказала Аня, разглядывая нас во все глаза. — Вы такие милые! Простите, ребята. Не буду мешать. Потом поговорим…
С этими словами она поспешила к двери, явно пряча смущённый румянец на щеках.

Мы похоронили экипаж «Гамаюна» на рассвете. Это было красивое место на холме, с которого открывался вид на реку и инопланетные джунгли.

Киранцы выкопали могилы заранее, восемь по четыре в ряд. Чуть в стороне я заметила три куска обшивки, врытых в землю, с надписями, сделанными жёлтой краской. На мой вопрос о том, что это, Рэвул смущённо объяснил, что это надгробия его товарищей с регуланского транспортника.

— Они покоятся не здесь. Мы с Рину каждого похоронили согласно традициям их расы. Сиал и Эйал были анталиорцами, они своих мёртвых сжигают и развеивают пепел. Шайо маджадом, тела их умерших принято уносить в горы и оставлять животным. Здесь только мемориал их памяти. Но место хорошее и земля рыхлая… Прости, я не подумал. Наверно, стоило для начала спросить у тебя, будет ли такое соседство уместным…

— Всё в порядке. — Оборвала я его и, взяв руку любимого в свою, сжала в поддерживающем жесте. — Они все жертвы войны. Думаю, это даже правильно.

Рэвул благодарно улыбнулся.

Я поймала на себе заинтересованный взгляд Ани, но она ничего спрашивать не стала. Просто кивнула, давая понять, что тоже не против. Она вряд ли догадалась о чём на самом деле шла речь и узнает правду ещё не скоро.

Но узнает.

И мне страшно было думать о том, как она её воспримет, потому что даже я приняла это очень плохо. А у меня ведь были причины смириться…

Я прочла короткую речь на могилах команды, Аня вспомнила какую-то молитву на русском. Вместе мы возложили цветы, которые собрали по дороге.

Провожать их в последний путь было… странно. Легендарная команда «Гамаюна» не «ощущалась» мёртвой. Тела, которые мы похоронили, словно бы не принадлежали им. Казалось, что легенды нашего детства на самом деле живы и всё ещё бороздят просторы вселенной.

Может быть, так и должно быть? Легенды ведь не умирают…

День похорон был долгим, но скорбь заняла в нём лишь несколько часов. Остаток времени мы все вчетвером активно готовились к предстоящему полёту. Рэвул заканчивал сборку сигнального маяка, Рину и я крепили грузы в грузовом отсеке, Аня с Катюшей под рукой проводила инспекцию кают и других помещений. Ближе к часу ночи всё было закончено, и мы без ужина отправились спать. Просто сил уже не было даже на то, чтобы открыть консервы и пайки.