Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 300 – Олеся Рияко

Рину обхватил меня руками и растерянно заозирался вокруг. Рэвула я заметила у самого люка. Он вжался в покрытую лианами стену и с ужасом смотрел на нас, не зная, что делать. Его взгляд бешено заскользил по трекам с турелями, а рука лежала на плазгане. Кажется, он прикидывал, хватит ли ему мощности оружия, чтобы сбить нацеленные на нас пушки.

Ответ был очевиден: не хватит. Но этого и не требовалось, о чём я поспешила ему сообщить, подняв высоко вверх большой палец… вот только, кажется, этот универсальный земной знак был моему киранцу незнаком, потому что этот спайдермен неожиданно ловко полез по лианам на стену!

— Рэвул, даже не думай! Я сейчас всё разрулю! Замри и не двигайся!

Выпалила я и тут же крикнула ещё громче, обращаясь уже не к нему. Рину скривился, от боли, потому что я орала всё это прямо над его длинными чувствительными киранскими ушами.

— Капитан-кадет Ив Монтгомери Сандерс, станция «Паллада», группа одиннадцать!

Тишина, опустившаяся на грузовой отсек после моих натужных воплей, показалась мне звенящей. Если я сейчас что-то и чувствовала, кроме бешеного стука собственного сердца об грудную клетку и этого звона своих барабанных перепонок, так это руки Рину, сжавшиеся на моей талии… и заднице. Вот ведь нашёл время лапать меня, наглая рыжая морда!

— Добро пожаловать на борт, кадет Сандерс. — Приветливо обратился ко мне приятный женский голос на этот раз на моём родном английском.

— Кто это говорит?! — Испуганно прошептал мне на ухо Рину.

— Катюша. — Также, шёпотом ответила ему я.

Одна из турелей под потолком опасно развернулась в сторону Рэвула, который за каким-то хреном решил «послушать женщину и сделать наоборот».

— Эй, эй, эй! Сто-ой! — Завопила я на турель, будто она и в самом деле могла меня услышать. — Отставить! Запрашиваю подтверждение статуса! Персональный код один-девять-девять-восемь-кси!

— Код подтверждён. — С эфемерной улыбкой в голосе отозвалась Катюша. — Основание?

— Чрезвычайная ситуация, пункт семнадцатый, подпункт четыре один!

Под потолком, словно в издёвку заиграла ненавязчивая струнная мелодия, которая зачем-то была предустановлена в конструкторском бюро «Верхов» для оформления детализаций предметов разговора и справок. Кажется, музыкальный инструмент, на котором она исполнялась, назывался балалайка... Господи, зачем я это помню?!

— Положение о чрезвычайной ситуации, пункт семнадцатый! — Произнесла Катюша с таким чувством, словно собиралась рассказать сказку. — В случае чрезвычайной ситуации право управления космическим судном передаётся между всеми членами экипажа в порядке старшинства их должности. Подпункт четыре один! В случае отсутствия на борту членов экипажа управление судном передаётся любому установленному лицу, имеющему доступ к системе внутреннего шифрования.

— Да! Да! Давай уже быстрее думай! — Не выдержав, крикнула я.

— Спешка нужна только при ловле блох, а ваш доступ уже подтверждён! — Радостно и ну вот ни капельки не пассивно — агрессивно сообщила ИИ. — Ваш статус — капитан корабля А-2, позывной «Гамаюн». Статус посторонних — гости капитана Ив Монтгомери Сандерс. Добро пожаловать на борт, капитан Сандерс и её гости!

У меня чуть челюсть на пол не упала.

«Гамаюн»… «Гамаюн» был первым опытным образцом военного космического корабля от и до оснащённым «золотым стандартом» конструкторского бюро «Верхов — Цы Синь»: «Громозекой», «Катюшей», «Говорунами» и «Весельчаком У» * — направленной электромагнитной бомбой, выключающей всё оборудование в заранее заданном радиусе.