Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 278 – Олеся Рияко

— Рину… — сонно пробормотала я, едва ворочая языком. — Ты что, мурчишь?

— А что это значит? — Тихо спросил он, прервавшись только на слова.

— Я про этот звук… который ты издаёшь…

— Ты про мар-таур?

Я слабо ухмыльнулась и едва-едва приоткрыла глаза, чтобы видеть киранца. Он с нежностью смотрел на меня снизу вверх, прижимаясь колючей щекой к моему плечу.

— Какое смешное название для мурчания…

Рину фыркнул.

— «Мурчание» кажется названием куда смешнее. А у слова мар-таур есть перевод с анцарского языка — «песня души».

— Красиво… — сказала я, помолчав и снова прикрыла глаза, собираясь с силами. — Но всё равно звучит забавно.

Слабость… бесконечная слабость в каждой мышце моего тела одолевала меня… мешая думать, говорить и даже ровно дышать.

— Моя душа поёт рядом с твоей. Говорят, эта песня лечит.

Я снова слабо улыбнулась.

Интересно, что бы Рину подумал, узнав что на Земле некоторые домашние питомцы тоже умеют исполнять этот их «мар-таур» и без всякого сопряжения?

Пальцы Рину вдруг нежно скользнули по моим губам… а затем он приподнялся и его тень снова накрыла меня. Я поняла, что он собирается поцеловать меня и, почувствовав резкий укол в сердце, отвернулась.

Шумный, полный разочарования вздох коснулся моей кожи и Рину снова опустился рядом и прижался щекой к моему плечу.

— Пожалуйста, Ив, не гони меня… Ещё хоть пару секунд. — Он судорожно втянул в себя воздух и прижался ко мне ещё сильнее. — Мне было так страшно, Ив… Святая Мать, мне никогда в жизни не было так страшно...

Я не стала его отталкивать. По правде говоря, у меня попросту не было на это ни физических, ни моральных сил. Я чувствовала себя не просто опустошённой, а выеденной изнутри до тонкой корочки.

Однако трезвость мысли и способность нормально говорить постепенно возвращались ко мне.

Я тихо спросила у Рину:

— Что произошло? Почему я… жива?

Он нежно потёрся носом об мою руку и вздохнул.

— Переливание помогло.

— Ты… перелил мне кровь? — ошарашенно спросила я. — Но чью?

В то, что на этой затерянной планете можно было найти человеческую вторую положительную я очень сильно сомневалась. Даже у Ани, чёрт возьми, была четвёртая отрицательная!

— На самом деле и не раз. Я сбился со счёта сколько было этих переливаний… — Он грустно улыбнулся. — Зато нашёл ещё один плюс в том, что нас двое, по уши влюблённых в тебя идиотов…

Я испуганно на него посмотрела.

— Вашу кровь… но мы ведь принадлежим к разным расам! Если не видам…

Рину беспечно повёл плечами.

— В истинной паре всё работает иначе. Наша кровь подходит тебе, а твоя нам. Ты же видишь, что всё получилось.

Он лучезарно улыбнулся, сверкнув клыками. Странно, но впервые эта его хулиганская улыбка не показалась мне хищной. А даже наоборот… какой-то беззаботно-невинной.

Я опомнилась.

— А где Рэвул?

Рину приподнялся и посмотрел на меня, уперев кулак в висок, а локоть в постель.

— Приходит в себя после… двух последних переливаний. Мы с ним должны были меняться… но он отказался после того, как у тебя в очередной раз остановилось сердце. Частое переливание сильно истощало, а он боялся, что не сможет реанимировать тебя без меня, если это случится снова…

У меня до боли сдавило грудь, словно на неё ребром поставили бетонную плиту. Я сморгнула выступившие на глаза слёзы и попыталась сесть, но Рину тут же всполошился и, поднявшись надо ной, осторожно надавил мне на плечи.