Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 207 – Олеся Рияко

— Почему её убил ты? Почему её вообще пришлось убивать?

Рину язвительно фыркнул.

— Рэвул бы не смог. Она… как бы это сказать… ослепила его! Он бы скорее прикончил меня, чем её.

Мне даже представить себе было сложно ситуацию, в которой один из них всерьёз, с намерением убить, а не защитить, поднял бы руку на другого.

— Почему?

— Он думал, что она его единственная.

Я отступила от Рину на шаг и выпустила его руку. Одно невероятное открытие сегодня шло за другим, и это вызывало у меня слишком много эмоций… Но пожалуй, я действительно выбрала верное место, время и киранца, чтобы, наконец, сорвать эти покровы тайны. Мне нужно было об этом узнать. Мне нужно было узнать обо всём, что было с ними до меня и точка!

— Как единственная… как я?

— Да.

— Но… разве это возможно? Вы же сами говорили, что весь смысл сопряжения в том, что другого такого подходящего партнёра нет. Есть же эти запахи, феромоны… их можно подделать?

— Нет. — Рину тяжело вздохнул и запустил пальцы в волосы, приведя в беспорядок причёску. — Вель была регуланкой. У них есть свои способы сводить с ума. Регуланцы… те ещё твари, если подумать.

— Почему тогда пришлось убивать? Неужели нельзя было решить это как-то мирно?

— Мирно? — Красноволосый зло усмехнулся,, и в его глазах блеснула острая опасная сталь, которой я еще никогда там не видела. — Поговори об этом с Рэвулом, прошу. Все, что я пытаюсь сделать, с тех пор как разорвал её вот этими вот руками, так это найти в себе силы себя простить.

— За убийство?

Рину поджал губы и отрицательно помотал головой, избегая смотреть мне в глаза.

— Нет, Ив. За то, что едва не бросил Рэвула. Не оставил всё как есть, позволив ему погрязнуть в этой регуланской грязи ещё глубже.

Он тяжело вздохнул и отошёл от меня дальше, избегая смотреть на меня. Я видела, как тяжело давались ему эти слова. Что ему проще было сейчас просто послать меня с этим и не открывать свою душу, как Рэвул, но он уже выбрал быть откровенным со мной, несмотря ни на что.

— В какой-то момент я даже позволил себе думать, что так будет не только проще, но и лучше для нас обоих. Знаешь… вроде как у него свой мир, у меня свой и можно больше об этом не переживать.

Он вдруг посмотрел на меня, и мне показалось, что я увидела в его глазах влажный отблеск слёз, хотя голос Рину по-прежнему звучал решительно и хмуро.

— Я эгоист, понимаешь? Я хотел забрать наш общий с ним мир только себе. Я был бы рад оставить всё как есть и сказать всем, что Рэвул умер. Но только если бы он в то же время жил… Ха-х, — он снова запустил пальцы в волосы и до боли сжал их между ними, прикрыв глаза, — да, если так на это посмотреть, то я, выходит, тварь ещё похлеще Вель!

Рину повернулся ко мне спиной и прошёл глубже в грузовой отсек, словно желая спрятаться от меня. Или, может быть, от себя.

Его плечи поникли. Я подумала, что в этот момент почувствовала его боль как свою — так сильно и больно у меня в груди сжалось сердце. Вся эта ситуация была именно тем, что долгое время разъедало душу Рину изнутри…

Не к тому ли относились те пугающие рисунки, которые я видела в его блокноте, обтянутом фиолетовой кожей?

Мне очень захотелось подойти к Рину и обнять… Но я вспомнила, как в такой же момент оттолкнула его от себя, и только сейчас поняла, какой это было огромной ошибкой.