Книга Недотрога для хищников. Единственная для двоих, страница 139 – Олеся Рияко

А я даже обернуться не успела, когда он схватил меня поперёк талии и оторвал от земли.

В низкой траве и пожухлых листьях, возле замшелого трухлявого пня, прямо там, куда я уже успела занести ногу, торчали с десяток толстых зелёных бочонков сантиметров по десять в высоту. На то, что это грибы указывали только их несуразно маленькие кургузые шляпки, которые были едва различимы на фоне толстенных ножек.

Я фыркнула.

— Зелёные грибы? Разве бывают грибы зелёными?

— Бывают. — Проворчал киранец мне в плечо. — Если под самую шляпку полны цианогинозина.

Рину отошёл от пня на несколько шагов и только после этого поставил меня на землю. Рэвул тоже к грибам предпочёл не приближаться.

— Чего-чего полны?

— Токсин такой. Яд.

— И что? Я же в берцах! Подумаешь, испачкалась бы немного.

— Испачкалась бы… ага… — Недовольно проворчал Рину и скинул с плеча рюкзак. — А потом откачивай тебя. Да я лучше гуакамоле твоё с триптозёром съем.

— Прямо так землёй закидать? — С сомнением предложил Рэвул.

— Обязательно. — Кивнул Рину. — Только я вначале образец возьму. Мне для опытов с бугоком нужно. Как раз хотел проверить одну теорию…

Киранец достал из рюкзака небольшой металлический футляр и выдвинул его из основания. Внутри оказались какие-то мелкие инструменты в стерильных упаковках. Из-за его плеча я разглядела длинные иглы, крючки, скальпели и серебристый блистер с маленькими шприцами, похожими на инсулиновые. Рину взял всю пачку шприцов, после чего и направился к грибнице.

— Я ещё не придумал название этой дряни, слишком много в уме вертится вариантов. Гнилоподлус гнусный, Сдохнипадаль мерзкая… Зато уже успел познакомиться ближе, чем хотелось бы.

Рэвул недовольно цокнул языком.

— Он наступил на такую грибницу прямо в день крушения нашего корабля. Не повезло, так не повезло… Я делал, что мог, но повар из меня лучше, чем врач.

— Зато блевать твоим бульоном было не так грустно. — Усмехнулся Рину, подготавливая первый шприц. — У этой гадости защитная реакция на давление. Если хоть чуть-чуть надавить, в воздух вот из этой дырочки в самом центре склизкой зелёной шляпки выбрасывается облачко аэрозоля, полное цианогинозина. Он в жидком виде, как в обойме порциями хранится в этой мерзкой толстой его ножке.

Киранец поднёс иглу к ножке и начал тщательно выбирать место прокола.

У меня аж руки затряслись от напряжения.

— Рину… а может, не надо?

— Не переживай. — Фыркнул Рэв. — Один раз уже выкарабкался. У нашей расы высокоэффективная способность к регенерации. Аэрозоль с таким токсином точно не убьёт, только если прямо в вену колоть.

— Помолчи секунду, пожалуйста. А то проверю эту теорию на тебе…

Процедура по извлечению жидкого токсина из грибницы заняла минут пятнадцать, после чего доктор биологических наук с довольным видом и десятью шприцами, полными мутной зеленой дряни, вернулся к рюкзаку. А Рэвул, разрыхлив ножом землю, закидал ею источник опасности.

— Он без света и доступа к кислороду очень быстро превращается в ошмёток гнили. Срезать опасно, так же как и закидывать камнями или сжигать. А вот к земле он претензий почему-то не имеет, хотя под ней дохнет.

Когда Рэвул закончил, я вздохнула с облегчением.

— Странная природа на этой планете. Все вокруг такое непонятное… а еще опасное. Токсичное, или пытается тебя сожрать.