Книга Плата за жизнь, страница 98 – Татьяна Захарова

И вот мы оба уже хрипло переводим дыхание. Я обессилено прислоняюсь спиной к его груди, пока он поправляет на мне белье и юбку.

— Заканчивай здесь, – говорит Алексей, отстраняясь. Окинув меня ещё одним обжигающим взглядом, добавил: – И боюсь, подарки тебе и Карине будем выбирать уже в Швейцарии или Англии.

Юлия

После сумасшедшей ночи с Алексеем утром было жуткое желание выключить будильник и никуда не ходить. Я со стоном потянулась к телефону, чтобы заставить его замолчать и с запозданием поняла, что в кровати не одна. Странно, раньше Ковалевский никогда не оставался спать со мной в одной постели. Или у него сил не хватило, чтобы добраться до соседнего номера? Алексей тоже проснулся от будильника и отточенным движением притянул меня обратно к себе. Оу! Он снова хочет меня «наказать»? Или это всего лишь утренний стояк?

Алексей зарылся рукой в мои волосы и оттянул назад голову, чтобы впиться в припухшие губы голодным поцелуем. Вторая рука уже ласкала мою грудь, вырисовывая непонятные узоры. Он скользнул губами по шее и втянул носом мой запах, отчего мурашки побежали врассыпную по телу. Я не смогла сдержать стон удовольствия. Отпустив волосы, Алексей дернул меня за бедра к себе, но проник в меня очень медленно и осторожно. Выгнулась навстречу, обхватывая ногами его бедра. Он с тихим рыком уже более резко толкнулся в меня. Выдохнула протяжно, впиваясь пальцами в его плечи, и он тут же ускорился, обхватив одной рукой мою шею.

Толчок, ещё один и ещё, и я взрываюсь от удовольствия, накрывшего меня с головой. Алексей же срывается следом за мной, со стоном впиваясь в мои губы ещё одним жадным поцелуем, а спустя минуту откатывается, устраивая меня на своей груди.

Да, этот способ для бодрого просыпания эффективен, сна уже ни в одном глазу. Но едва удовольствие отошло на второй план, мышцы тут же напомнили о себе. Со стоном поднялась и, захватив полотенце, направилась в душ. Алексей молча проводил меня взглядом. На всякий случай закрыла замок на двери: к новому «наказанию» я пока не готова.

Контрастный душ помог немного прийти в себя. Завернувшись в полотенце, вышла в комнату и с удивлением обнаружила Ковалевского, натягивающего брюки. А я думала, он уже к себе в номер ушел.

— Юль, – неожиданно серьезно начал он, прямо встречая мой взгляд. – Не запирайся больше от меня. Если что-то не нравится, лучше прямо скажи.

Растерянно моргнула несколько раз, прежде чем кивнуть. Он вопросительно изогнул бровь.

— Всё хорошо, – поспешно сказала я. Теперь в его глазах появился скепсис, и я добавила: – Мышцы немного болят с непривычки. А ты… тоже будешь говорить, если тебе что-то не нравится?

— И не просто говорить, – подтвердил Алексей с улыбкой. – Но иногда и наказывать за неправильное поведение.

Ага, за провокацию в магазине он меня вчера отшлепал стеком с хлопушкой, причем это действие сопровождалось такими откровенными ласками, что я даже не поняла: наказали меня или наградили. Но сейчас меня волновал другой вопрос.

— Тебе вчера не понравилось, когда я тебя Лёшей назвала? – на выдохе уточнила. Алексей вскинул брови, выражая удивление.

— Нет, мне понравилось, – медленно произнес он. И подумав, добавил: – И это удивило.

Фух, а я волновалась. Я улыбнулась и, подойдя к нему, привстала на цыпочки, чтобы поцеловать. Да, я пыталась понять границы дозволенного, так как помнила, что он привык всё контролировать, в том числе и поведение сабы. Легко поцеловала в губы и тут же отстранилась.