Книга Застенчивый монстр, страница 18 – Натали Рик

— Приходится, — я бросаю на парня лукавый взгляд и сокращаю дистанцию до минимума. — В нашем мире, если не будешь кусаться, тебя съедят. А я сама люблю... охотиться.

Я специально понижаю голос до хриплого шепота. Савелий сглатывает, его кадык дергается. Он выглядит таким безоружным, таким чистым. Мне хочется оберегать эту его наивность и одновременно разрушить её к чертям собачьим.

— Я бы никогда тебя не съел, — серьезно произносит он, останавливаясь у старого клена. — Ты больше похожа на редкую бабочку. Которую хочется посадить под стекло, чтобы никто не тронул.

— Под стекло? — я смеюсь, прижимаясь спиной к стволу дерева. — Это звучит как клетка, Савва.

— Это звучит как безопасность, — он делает короткий шаг ко мне, сокращая пространство. Его лицо в паре сантиметров от моего. Я чувствую его тёплое глубокое дыхание — оно пахнет мятой и чем-то сладким.

Я тянусь к его лицу и аккуратно поправляю непослушную прядь. Парень замирает, словно напуганный олененок, но его глаза... В них столько невысказанного обожания, что у меня подгибаются коленки. Я уверена: этот мальчик уже влюблен в меня до чертиков. Это так легко, так правильно. Он — мой идеальный антидот от того кошмара, который устроил мне сталкер.

— Ты очень красивый, Сав, — выдыхаю я, глядя на его губы.

Он робко улыбается, и на его щеках проступают маленькие, едва заметные ямочки, от которых я таю, словно воск от пламени.

— Это ты... Ослепительная, Мила.

Когда мы доходим до моего подъезда, я чувствую себя на седьмом небе. Он берет мою руку и запечатлевает на тыльной стороне ладони почти невесомый, целомудренный поцелуй.

— Пришли, — констатирую очевидный факт, иначе, зачем тогда мы остановились у «левого» дома.

— Спокойной ночи, — мягко шепчет он. — Спасибо тебе за вечер.

— Тебе спасибо, — удивительно, но рядом с ним я словно заражаюсь неловкостью.

Так же начинаю робеть и теряться, что совершенно для меня не свойственно.

— Буду благодарен до бесконечности, если, — парень смущенно закусывает губу и снова опускает свой серебристый взгляд. — Ты оставишь мне свой номер?

Я захожу в лифт с глупой улыбкой на лице. Внутри всё поет. Савелий — само совершенство.

Зайдя в квартиру, я скидываю кеды и, не включая свет, иду в комнату. Яська уже спит — из-под её двери не бьет свет. Я валюсь на кровать, вытаскиваю телефон, чтобы написать Савве о том, что я почти что по уши, но замечаю, что мой ноутбук, оставленный на столе в режиме сна, горит ярко-синим светом.

Подхожу ближе. Сердце начинает бухать в уши, как тяжелый молот. На экране открыт тот самый текстовый редактор. Курсор мигает в конце свежего предложения.

«Тебе очень идет это дерево, к которому ты так жалась, красивая девочка. Но я знаю место, где бы твои крылышки смотрелись лучше. А поцелуй в руку... слишком скучно. Я бы предпочел твои губы. И не только их».

У меня перехватывает дыхание. Что он несёт?

Озноб бьет такой силы, что зубы начинают стучать. Он видел. Он видел нас у дерева. Он видел, как Савелий прощался со мной у подъезда. Это перестаёт быть смешным.

Я судорожно оглядываюсь на окно. Пятый этаж. Напротив — только глухая стена соседнего дома и темнота парка. Откуда он мог смотреть? Снайперский прицел? Дрон? Или он стоял в тени тех самых кустов, мимо которых мы так беззаботно проходили?