Книга Свекор. Моя. И точка, страница 31 – Элен Ош

Она замирает, словно не веря своим ушам. Ее губы чуть приоткрыты, в глазах буря из неверия, надежды и той самой, порочной, всепоглощающей связи, что с первой секунды связала нас.

— Ты… любишь меня?

— Да, черт возьми. Люблю. Твою глупую, благородную душу. Твою силу. Твою нежность. Все. Я люблю тебя. И если ты хочешь уйти – уходи. Я не стану тебя удерживать. Но знай: мой мир умрет вместе с тобой.

Она смотрит на меня долго-долго. Вглядывается в лицо, будто ищет следы лжи. Но находит только боль. Пустоту. И любовь.

Потом ее рука медленно поднимается и ложится мне на щеку. Холодные пальцы касаются кожи, и от этого прикосновения во мне все сжимается в тугой, болезненный комок ожидания.

— Я так испугалась, — шепчет она. — Испугалась, что потеряла тебя. Что сама все разрушила. Я не хочу никуда уходить, Герман. Я хочу быть с тобой. Только с тобой.

И она поднимается на цыпочки и целует меня. Нежно, несмело, но с той самой самоотдачей, что сводит меня с ума. В этом поцелуе капитуляция и победа. Не моя над ней. Наша. Над всем миром, что пытался нас разлучить.

Я обнимаю ее, прижимаю к себе, чувствуя, как ее худенькое тело приникает ко мне, ищет опоры и тепла.

— Поехали домой, Алечка, — говорю я, и мой голос снова обретает твердость, но теперь в нем нет приказа. Есть обещание. — В наш дом.

Она кивает, пряча лицо у меня на груди.

— Домой.

(Аля)

Машина плывет по ночному городу, и я плыву вместе с ней, растворившись в его тепле, в его запахе, в прочном убежище его руки на моем колене. Мир за тонированным стеклом больше не враждебный и холодный, а просто – фон. Украшение к нашей истории.

«Не переживай, я с ним. Он нашел меня. Все хорошо. Позвоню завтра, объясню все. Спасибо за все, родная».

Отправляю смс Маше и выдыхаю, откидываясь на подголовник. Чувство вины перед подругой еще тлеет где-то на дне, но его тут же заливает волна другого, нового чувства – абсолютной, безоговорочной правильности происходящего. Я не сбежала. Меня нашли. Я позволила себя найти.

Герман не говорит ни слова, но его большой палец медленно, ритмично водит по моей коже поверх кашемира. Этот маленький, почти неосознанный жест говорит больше любых клятв. «Ты здесь. Ты моя. Я не отпущу».

Мы въезжаем в знакомый подземный паркинг. Лифт возносит нас в самое небо, и на этот раз у меня не закладывает уши от высоты, а лишь слегка кружится голова от предвкушения.

Двери раздвигаются в тишину пентхауса. Он входит первым и останавливается, вдыхая воздух своего владения. И замирает. Его спина напрягается.

— Мы оба пахнем дорогой, — говорит он тихо, оборачиваясь. Его взгляд мягок, но в глубине – усталая ярость тех двух суток. — Пылью, чужими домами и страхом. Я не хочу, чтобы это оставалось на тебе. Ни одной секунды.

Он подходит ко мне, и его пальцы касаются моих волос, вдыхая запах чужого шампуня. В его глазах – не отвращение, а решимость. Решимость стереть все следы нашей разлуки.

— Пойдем, — его голос не оставляет места для возражений, но звучит не как приказ, а как приглашение к ритуалу. — Нам нужно смыть с себя все, что было без нас.

Его пальцы переплетаются с моими, и он ведет меня в ванную. Огромная комната, отделанная мрамором, залита мягким светом. Он распахивает дверь душевой кабины, включая воду. Горячие струи с шипением бьют по стенам, наполняя пространство паром, который скрывает нас от всего мира.