Книга Четыре года до Солнца, страница 11 – Алексей Котейко

— Ясно. Значит, вы мой новый поставщик мяса?

Опешивший Леон растерянно заморгал, но медик уже снова занялся Ренци. Четвёрка вышла из кабинета, а затем и из медицинского блока. Арно прижимал охлаждающий пакет к носу, Эндрю засунул свой в штаны и ковылял теперь в раскоряку. Едва они добрались до перекрёстка, Колбрейн свернул в сторону, будто не желая продолжать путь вместе.

— Жёстко ты его, – заметил Юхан, имея в виду Луиджи.

— Нечего было связываться, если не готов получить, – проворчал Арно, выглядывая из-под пакета одним глазом.

— Ну, если так посмотреть – это ведь ты первым их почти послал, – заметил Гилфрид и, поймав сердитый взгляд француза, примирительно улыбнулся. Леон хмыкнул:

— Ты что, не понял, кто это? Они же альтернативщики.

О'Тул недоверчиво оглянулся на медицинский блок, потом посмотрел на Арно:

— С чего ты взял?

— Да ясное дело!

— А почему они тогда с нами?

— А куда их, по-твоему? – искренне удивился француз.

— Ну… Они же преступники, разве нет?

— Натурально.

— И будут вот так, запросто, учиться с завербовавшимися добровольцами?

Арно остановился и страдальчески посмотрел на ирландца:

— Ты что, вообще нихрена не знаешь о том, что такое звёздный десант?

— Примерно каждый шестой кадет попадает сюда по альтернативному набору, – тихо заметил молча слушавший их Юхан. Леон одобрительно кивнул шведу. Тот смущённо улыбнулся и пояснил:

— Мой папа журналист.

— Каждый шестой, рыжий! – Арно помахал перед глазами О'Тула свободной рукой с растопыренными пальцами. – Следи сюда! Вот столько добровольцев – и один мелкий уголовник. В прямом и переносном смысле.

— Но почему сюда?!

— Ну, их же надо готовить к службе? Хотя какая там у них служба… – Леон покосился на аллею, по которой ушёл Колбрейн. – Почти гарантированный билет в один конец, на передовую. Что там говорит статистика про выживание на передовой, а, Уппсала?

— Ничего хорошего, – вздохнул Юхан.

— Именно. Так что я им не завидую. Но послал этих двоих вовсе не из-за их проблем с законом.

— А из-за чего? – полюбопытствовал Гилфрид.

— Терпеть не могу показную наглость.

* * *

В казарме их уже ждал всё тот же взводный. Он стоял, скрестив руки на груди, у капсулы Арно, и спокойно смотрел, как тот подходит к своему спальному месту, открывает капсулу и вытаскивает оттуда рюкзак.

— В первый же день, – спокойно заметил взводный.

— Ой, да иди ты! – огрызнулся Арно.

Вместо ответа взводный ткнул себя большим пальцем в грудь. Леон поморщился и нехотя выдал:

— Извините. Сэр.

— Не паясничай.

— Клод, вот надо было тебе влезать? – прошипел Арно, плюхая рюкзак на пол и усаживаясь рядом с ним на корточках. – Вечно самый правильный.

— Дисциплина, – спокойно отозвался тот.

— Да-да.

— Может, мне написать отцу?

— Пиши.

— И деду заодно?

Синие глаза со страхом метнулись вверх и впились в лицо Клода.

— Будь любезен, веди себя достойно, – попросил тот.

— Не вздумай писать деду! Да и отцу ни к чему, – Арно, расстегнув рюкзак, уже вытаскивал из него вакуумированные пакеты. – Лучше маме напиши. Она расстаралась, чтобы послать твою любимую, – француз бросил собеседнику один из пакетов, в котором виднелась скрученная в спираль копчёная колбаса.

— Настоящая? На дыму? – взводный вдруг растерял всю серьёзность, став разом похож на живого и порывистого младшего брата.