Книга Чудеса за третьей дверью, страница 79 – Алексей Котейко

— Не стоит пытаться взвалить на свои плечи груз всей Вселенной. Ни у кого и никогда нет, не может быть и не будет безграничного могущества. Я, как уже говорил, не слышал, чтобы кто-то лишился владения словом, какие бы гадости ни творил при этом человек. Но я вовсе не удивлюсь, если у мироздания где-нибудь припасён и такой козырь. Впрочем, не думаю, что в вашем случае можно говорить о какой-то подлости или «сгибании» кого-либо, – тут он помедлил, а потом закончил. – Кроме того, я ведь только что сказал: жизнь – это «если» и «возможно», которые постоянно причудливо переплетаются друг с другом. И задумайтесь, в конечном итоге воплощается лишь один из бесчисленного множества потенциальных вариантов. Как при таких условиях можно быть уверенным, что именно этот вариант стал реальностью по вашей воле? Не слишком ли самонадеянно?

Степан почувствовал, как щемящее чувство тоски отступает, а успокоенная совесть затихает. Он поразмыслил над услышанным и сказал:

— Значит, в самом деле, лучше сделать и жалеть, чем жалеть о не сделанном.

— Наверное, – пожал плечами Дуфф. – Если сделанное укладывается в ваши личные моральные рамки.

* * *

К обеду, который за всеми хлопотами было решено в виде исключения назначить на пять часов, люди и фейри снова собрались в башне. Ника выглядела ужасно усталой, и Степан с удивлением разглядывал девушку, не понимая, как так вышло, что её вымотало приготовление обеда. Кот был немногим лучше, в нём прямо чувствовалось утомление, к тому же рыжий хвост покрывала корка засохшей грязи.

— Простите за любопытство, где вы оба пропадали? – поинтересовался Дуфф, тоже заметивший эти перемены. Кот скривил морду, что должно было, видимо, означать неопределённое: «да так, надо было». Ника чуть улыбнулась, но вместо ответа только поинтересовалась, кому положить добавки.

После обеда Атти, Лугус и Дей отправились работать со скульптурами в парке, а Степан и Дуфф, вооружившись мотоблоком, принялись за распашку огородов. Гоблин пришёл в восторг от техники, он с энтузиазмом таскал агрегат туда-сюда по грядкам, будто не чувствуя его веса, и одновременно успевал рассказывать, где и что намерен посадить.

— А как же рассада? – поинтересовался Степан.

Дуфф задумался, и даже заглушил мотоблок. С сомнением пожевав губами, он заметил:

— Ну, я мог бы немного ускорить процесс… Но, боюсь, что не в таких масштабах.

— Тогда предлагаю купить готовую, – предложил Степан. – Я посмотрю адреса садовых центров, и поедем завтра же. Если покупки не влезут в машину – закажем доставку.

Гоблин благодушно хмыкнул и снова взялся было за ручки мотоблока, но тут на верхней террасе появились Ника и кот.

— Можно вас отвлечь ненадолго? – крикнула девушка.

Вслед за ней Степан и Дуфф обошли шато и, оказавшись перед оранжереей, дружно ахнули.

Старая оранжерея сияла чистотой. Стёкла были тщательно вымыты изнутри и снаружи – причём мойщики умудрились не сломать ни одного побега плюща из оставленных при стрижке. Более того, металлический каркас изнутри и снаружи покрывала свежая зелёная краска, и в тот же цвет были выкрашены все внутренние стеллажи. Прежде нагромождённые в беспорядке, теперь они выстроились в ровные ряды, с аккуратно разложенными на них уцелевшими горшками и рассадными ящиками.