Онлайн книга «Плохой мальчик»
|
— Ань… Я всё расскажу, обещаю, но скажи мне… Чернов там? — Он здесь… пошёл наверх… я не знаю… — Ань, я очень боюсь… Он так настроен… Я… Слышу крики в трубке, и меня как кипятком ошпаривает. — Аня, что происходит?! Ань… — Я не знаю, Марина… Мы пошли отсюда нафиг… Оля, такси вызывай быстрее… — слышу я, а потом мой звонок резко прерывается… Я нахожусь в таком состоянии, что даже не могу это описать. Кружится голова… Я начинаю блевать в тазик, который мама заботливо поставила возле кровати. Пью воду. Руки дрожат… Мне страшно. Мне так страшно. Ехать туда?! Что мне делать?! Я звоню Ане снова. Трубку она не берёт, а Анжей всё так же выключен, отчего у меня сковывает грудную клетку. У него уже были проблемы с законом, я же помню ту фотографию, так почему ему всё равно?! Неужели он не понимает… Зачем ради меня?! Неожиданно телефон вновь оживает. И я тут же отвечаю на звонок. — Марин, мы в такси, всё хорошо… Машину ждали… — Что там случилось… — Чернов… Он их там всех… От этих слов у меня кровь внутри сворачивается, и я подношу ладонь к губам, ощущая, что готова закричать… — Господи, не говори, что он убил кого-то… — Насчёт убил, не знаю… Но он с битой приехал… — С какой ещё битой… — С металлической такой… Как только крики начались, мы свалили нафиг… — Аняяя… — Я знаю… Мариш, что произошло? — Арефьева… — Что она сделала?! — Ко мне Слава подошёл… Сейчас погоди… — шепчу я в трубку, приоткрыв дверь. Мама вроде у себя… В зале её нет. Значит, скорее всего, не услышит. — Он сказал, что ты блюешь на втором этажа, я испугалась, пошла с ним… — Таааак… Я не блевала… — Я знаю… Он завёл меня в комнату, где были какие-то парни стрёмные… И Арефьева… — Боже… Она тебе что-то сделала?! — Они, Марина… Они хотели меня… Меня… — начинаю плакать, и Аня просто молчит несколько секунд. — Господи… Я убью его… Я его просто убью… Вот ведь урод, а… Как хорошо, что его отсюда вынесли с пробитой башкой! Боже, они что-то сделали? Чернов же успел, да? Скажи, что успел… — Успел… На мне синяки и ссадины… Но… Он такой злой был, когда уезжал. Я вообще испугалась… — Ох ты, Боже мой… Мариш… Я бы приехала сейчас… — Я не хочу маму пугать… — Ты ей не рассказала?! — Нет, я… Я не смогла, я… Она бы себя винила, что настояла… — Я уже тоже себя виню… Прости меня, Марина… — Ты не виновата… Это Арефьева… — Она реально больная… Надеюсь, Чернов пробьет ей башню первой… — Аня! Да что ты говоришь! У него же проблемы будут! — Не будут! Когда люди узнают, что эти уроды пытались с тобой сделать! И он прав, слышишь?! Я на его стороне! Даже если он на меня обозлился… Я понимаю его реакцию… Я молчу и сердце носится в груди, как сумасшедшее… — Я боюсь за него, Аня… И я не стала ему про неё говорить. У меня язык не повернулся… — Она не заслуживает этого снисхождения, Марина… Она не человек даже… — Дело не в ней… А в нём. Я не хочу, чтобы это легло на его плечи. Что если он её побьёт или что-то такое сделает… Кем он тогда станет? В моих глазах… Я даже смотреть на него тогда не смогу, пойми… Когда он тебя толкнул, я буквально дышать перестала… Я не хочу, чтобы он таким был… Способным бить женщину, как они все… — Я понимаю, Марин… Если я что-то узнаю, я скажу тебе… обязательно. Мы прощаемся, и я ещё долго смотрю в окно в надежде, что он приедет обратно… Слёзы катятся по щекам, и мне так больно от того, что происходит… |