Книга Остров душ, страница 147 – Пьерджорджо Пуликси

Когда Раис снова открыла глаза, то они превратились в две льдинки.

— Хорошо. За Долорес, – сказала она.

— За Долорес, – повторила Ева.

Они вышли из машины без полицейской раскраски и пересекли улицу. И уже собирались позвонить в дверь дома Нонниса, когда оттуда послышался сначала плач, а потом крик женщины. Они отчетливо уловили крик Риты Масьи:

— Хватит, ты должен сказать им правду!

— Какого хрена… – прошипела Мара, поднося правую руку к рукоятке «Беретты».

Ева приложила ухо к двери. Услышала глухой удар пощечины и резкий звук разбитого стекла.

— Пошли, – сказала она напарнице.

Они схватили оружие и поманили своих коллег, стоявших через дорогу, чтобы те следовали за ними.

— Дерьмо, – прошипела Ева при мысли, что снова придется прибегнуть к насилию.

Когда после минутного крика и ругательств полицейских Валерио Ноннис наконец открыл дверь, он обнаружил, что смотрит в дула четырех направленных на него пистолетов.

— Руки за голову, два шага назад и на колени! – крикнула Мара.

Профессор, безоружный, смотрел на них ошеломленно, как будто не понимал, что произошло. Как только он попытался что-то пробормотать, двое мужчин рявкнули и швырнули его на землю. Они грубо надели на него наручники, упершись коленом в позвоночник и прижав стволы «Беретт» к шее.

Нельзя было игнорировать тот факт, что в доме царила неразбериха. Они увидели жену Нонниса. Мара помогла ей, а Ева с пистолетом в руке обыскала дом, чтобы убедиться, что там нет других людей.

— Никого, – сказала она, возвращаясь в гостиную. – Как вы?

Раис показала ей опухшее лицо Риты Масьи. Судя по чернеющему синяку, Ноннис, должно быть, ударил ее довольно сильно.

— Ничего не случилось. Он ничего мне не сделал, – повторяла женщина в явном шоковом состоянии.

— Где ваши дети? – спросила Ева.

— Синьора! – настаивала Раис, щелкая пальцами у нее перед глазами. – Где дети?

— У моей матери.

— Поднимите его, – приказала Ева.

Кроче увидела, как Мара с воинственным видом подошла к профессору, и остановила ее, схватив за руку.

— Успокойся. У нас есть работа, которую мы должны довести до конца, помни об этом, – прошептала она.

Раис фыркнула и заставила его «расположиться» на диване.

— Присматривайте за ним, – сказала она двум агентам.

— Я могу объяснить… Это не…

— Да заткнитесь уже, – сказала Мара.

Они отвели Риту на кухню и закрыли за собой дверь. Ева открыла морозильник, взяла несколько кубиков льда и, положив их в первый найденный пакет, протянула женщине, которая приложила его к синяку, сморщившись от боли и ледяного прикосновения.

— Вам нужна «Скорая»? Хотите показаться врачу? – спросила ее Ева.

— Нет-нет… Я в порядке… Отпустите Валерио, я не хочу выдвигать обвинения, это пустяковое дело…

Две женщины-полицейские обменялись многозначительными взглядами. Они использовали бы это домашнее насилие, чтобы сломить женщину, и без малейших колебаний. Но их встревожило другое, и они хотели знать: дом перевернут, как будто подвергся тщательному обыску, но кем? И почему?

— О вашем муже мы подумаем позже, а теперь не могли бы вы рассказать нам, что здесь произошло?

— Синьора! – подтолкнула ее Раис, уставшая от невнятной речи женщины.

— Я… не… Кража… Пытались украсть, но… – Рита расплакалась.