Онлайн книга «Гений столичного сыска»
|
— Что, опять нужна моя помощь, господин судебный следователь по особо важным делам? – слегка прищурившись, поинтересовался Владимир Иванович. — Откуда тебе известно, что я следователь по особо важным? – подивился Воловцов. – Я сам это только на днях узнал. — Ты, верно, забыл, к кому ты пришел, – усмехнулся начальник Московского сыска. – Впрочем, после отпуска и не то еще бывает… Сколь по всей стране таких, как ты, судебных следователей по особо важным? Человек десять? Пятнадцать? — Двенадцать, – сдержанно ответил Воловцов. — Вот! – едва не воскликнул Владимир Иванович. – Таких, как ты, всего двенадцать человек. Вы прямо как апостолы. Думаю, это число даже не случайно… Гордись! — Так я и горжусь, – спокойно ответил Иван Федорович, постепенно привыкая к новому облику Лебедева. — Что-то не видно, – заметил начальник сыскного отделения. – Признаться, в своей полицейской жизни я всего один раз имел дело с судебным следователем по особо важным делам. — Вот как? И когда же? — Когда он расследовал серию уличных убийств, в том числе и на моем участке, в бытность мою помощником пристава второго участка Сущевской полицейской части. Этот судебный следователь был по происхождению поляк. Звали его Владиславом Рудольфовичем Рыковским. Умница, каких мало. Хотя и не без странностей… – Главный московский сыщик немного помолчал. – Позже Рыковский сделался одним из моих предшественников на посту начальника Московского сыскного отделения. – Лебедев посмотрел на Ивана Федоровича: – Ну вот, теперь я знаю еще одного следователя по особо важным делам. Так ты ко мне по делу или так, как говорится, мимо проходил? – сыскарь кинул острый взгляд на судебного следователя по особо важным делам. — По делу, Владимир Иванович, – ответил Воловцов и, в свою очередь, спросил: – Ты что-нибудь слышал об убийстве генеральши Безобразовой в Рязани? — Только то, что писали газеты, – последовал ответ. – Кажется, главным подозреваемым там был то ли племянник генеральши, то ли ее внук, – добавил Лебедев. – Его даже взяли под стражу и предъявили обвинение в двойном убийстве и поджоге… — Вполне возможно, что в этом деле открылись новые обстоятельства, – раздумчиво изрек Иван Федорович. — Все понятно… Тебе поручено с этими обстоятельствами разобраться, имеют они место быть или нет, – без всякой вопросительной интонации произнес начальник сыскной полиции Москвы. — Именно так, – согласно кивнул Воловцов. — Ну и что это за обстоятельства? – в упор посмотрел на собеседника Лебедев. — Излагаю, – начал Иван Федорович. – Три дня назад поздно вечером в Сретенскую полицейскую часть обратился молодой человек, представившийся московским мещанином Иваном Колобовым. Он заявил, что его следует немедля арестовать, поскольку он хорошо знает лиц, совершивших в Рязани убийство генеральши Безобразовой и ее горничной. Мало того, этот Колобов сказал, что, возможно, он сам принимал в этом преступлении участие, ибо пребывал во время этого двойного убийства в Рязани. Больше на вопросы дежурного полицейского Колобов отвечать не стал, попросил отложить допрос до утра и отвести его в камеру. Пожелание его было исполнено. Но тут случилась вот какая досада: до утра Колобов не дожил. Согласно врачебному заключению по медицинскому освидетельствованию трупа мещанина Ивана Колобова, в его желудке был обнаружен медленно действующий яд, полученный как производное ртути и напоминающий сулему… |